Стоило ученому заподозрить, что Таддеуш и верховная жрица – тайные любовники, как он принялся с жаром собирать доказательства их связи. Возможно, Франклину могли бы указать, что преследовать взрослых людей нехорошо, однако он решил, что результат того стоит. Будет у него некоторая страховка. Если двое сотрудников какой-либо организации вступают в отношения любой степени близости, третьим Лицам необходимо об этом знать, ведь она наверняка влияет на принимаемые ими решения, и Франклин мог бы адаптироваться к новым требованиям.
И все же Ядовитый Жаворонок не шла у Франклина из головы. День за днем он воображал, как однажды жрица увидит, какой Таддеуш никчемный, а Франклин замечательный. Отдыхая в своем великолепном пентхаусе, ученый мысленно создавал невозможное будущее, в котором они с Ядовитым Жаворонком живут счастливо, и в этот момент у него за спиной раздался странный шум.
– Кто здесь? – крикнул Франклин и безотчетно дернулся, пролив мятный чай на кожаный диван.
Вглядываясь в полумрак гостиной, ученый наконец заметил налитые кровью глаза, буравящие его из темноты. Франклин торопливо вскочил.
– Не подходи! У меня пистолет!
– Мы оба знаем, что ты врешь, – пророкотал голос из тьмы.
Так, наверное, говорят выбравшиеся из могил упыри. И сейчас с Франклином говорил некто, в определенном смысле выбравшийся из могилы. Он сразу узнал голос.
– Морбиус, – прошипел Франклин.
– Ты сбежал, – красные глаза сузились. – Я восхищен.
– Тебя мне благодарить не за что. Скольких ты убил?
– Недостаточно.
– Я не с ними, – тонким голосом произнес Франклин.
Он оглянулся, пытаясь не выдать своих намерений: вот бы добежать до входной двери или до двери в спальню, а может, выбраться на балкон? Но он же видел Морбиуса в бою. Вампир движется с нечеловеческой скоростью. Он сверхчеловек, и обогнать живого вампира обычному человеку невозможно. Зачем он только рассказал Морбиусу, где живет?
«Потому что ты был в отчаянии», – подсказал ответ внутренний голос.
– Я никак не связан со служителями культа, – попытался объяснить Франклин. – Я воспользовался их предложением, пошел к ним на работу, чтобы проводить свои исследования. Мои открытия помогут миру. Клянусь, я как раз собирался увольняться. – И тут Франклин вспомнил еще кое о чем: – Кстати, у меня есть запасы той особенной крови, от которой тебе так... хорошо. Тебе ведь понравилась измененная кровь? У меня есть несколько упаковок прямо здесь, в квартире. Под замком. Хочешь.. дам тебе? Давай договоримся.
Морбиус сощурился.
– Я тоже ученый, – донесся из темноты голос с необычными интонациями – на этот раз вампир говорил серьезно. Или даже... с гордостью?
– Правда? – переспросил Франклин. Вот уж такого признания он от монстра не ожидал.
– До того, как превратиться в... это... я получил Нобелевскую премию. Тоже изучал кровь, как ты. Мы с тобой похожи. Давай-ка угадаю... детство у тебя было трудное, верно?
Франклин удивленно осел на диван. Мысли кружились бешеным вихрем. Как вампир догадался? Франклин ни с кем не делился подробностями о своем детстве и юности, это было бы слишком опасно. Хотя, может, пока он работал на культ, заразился манией преследования? Сам он предпочитал называть свое поведение просто «осторожным».
Морбиус шагнул вперед, и Франклин увидел лицо вампира в отблесках призрачного света. От этого зрелища кровь стыла в жилах. Франклин нервно сглотнул.
– Верно, – кивнул ученый, решив не спорить. Быть может, действительно удастся договориться. – Видишь ли, физически я далек от идеала.
– Со мной было то же самое, – ответил Морбиус. – И я жестоко страдал.
Франклин кивнул, и по его губам даже скользнула мимолетная улыбка.
– Да, мы с тобой похожи... ты и я.
– А может, все и не так. Ты творил зло. И потому заслуживаешь смерти.
Наступила долгая тишина. Во рту у Франклина пересохло. Он не мог даже глотнуть, не то что заговорить.
– А с другой стороны, – продолжил Морбиус. – Я тоже не ангел.
Вампир выступил на свет, и Франклин наконец разглядел его как следует. Морбиус был с головы до ног покрыт засохшей кровью. Спокойное выражение на его бледном, перекошенном лице производило даже более жуткое впечатление, чем гримаса ярости. Франклин с изумлением и ужасом увидел, что глаза монстра светятся добротой. О да, пожалуй, надежда еще не потеряна.
– Расскажи мне о твоей работе, – попросил Франклин, с усилием заставляя себя улыбнуться шире. Наверняка гримаса на его лице выглядит ужасно, но нельзя упускать шанс! – Как ученый ученому. Сколько себя помню, меня окружали одни глупцы. Всю жизнь я провел с простаками и идиотами.
– Я не всегда был таким, – ответил Морбиус, приближаясь.
Он огляделся, будто отыскивая что-то в темноте.
«Кровь, – подумал Франклин. – Он пытается унюхать, где хранится кровь».
– Не всегда? – эхом откликнулся Франклин. «Пусть говорит, не останавливается».
– Я был болен... работал над лекарством от болезни крови. Хотел жить, вырывая дни и годы у смерти. Я жестоко поплатился за свои желания. Как и многие другие.
Морбиус приблизился еще на шаг, и Франклин увидел, что вампир дрожит всем телом.
