Кровоцвет полностью

– Ты видела, что делает стена: она не просто отражает атаку, а впитывает энергию всего, что к ней прикасается. А теперь представь, что в ней заключена мощь каждого шторма, каждого орудия, каждого налетчика и завоевателя, пытавшегося сокрушить ее за последние пятьсот лет. Что случится, когда такая стена падет?

– Катастрофа… – ахнула я.

– Полное уничтожение. Думаю, весь город сровняется с землей. Даже представить страшно, сколько будет жертв. – Он помрачнел. – Какой-то маг, который знает, как возвели стену, делает все, чтобы ее обрушить, убивая доноров, подобных тем, чью кровь использовали в первоначальном ритуале.

«Это явно не Торис, – размышляла я про себя. – Когда все началось, он еще насвистывал песенки в лесу и вынашивал планы, как меня погубить».

Ксан глубоко вздохнул.

– Каждые ворота запечатывались десять дней, а обряды проводили, следуя лунным фазам. Первое кровопускание пришлось на первое новолуние в месяце, а девятое – на последнее. Врата можно распечатать, только если повторить обряды точно в таком же порядке и в те же фазы луны. – Он откашлялся. – Этот месяц начался с новолуния и новолунием закончится. Чтобы разрушить защиту на Высших Вратах, требуется принести в жертву еще одну эмпирейскую лошадь. Если мои расчеты верны, ритуал нужно провести до десятого дня растущей луны.

– Осталось два дня, – сказала я. – Так вот зачем ты забрал Фаладу. Ты не хотел, чтобы она попала в руки того, кто пытается разрушить заклинания.

– И ты бы очень мне удружила, если бы просто согласилась ее продать.

– Но тогда ты не узнал бы о моих… способностях. – У меня язык не поворачивался произнести постыдное и противоестественное слово «ведьма». – Так вот почему ты мне все рассказал. Вот почему показал Фаладу и тайный туннель. Вот почему не убил ее, хотя так было бы безопаснее. Ты хочешь обратить погодные изменения вспять и найти виновника. Но для этого нужна магия крови, а лорда Саймона держат в Ренольте…

– Остаешься только ты. Когда ты прочла заклинание в кустарнике, впервые с того морозного утра восемь дней назад я почувствовал надежду. Я всюду искал тебя, потому что, как ты правильно заметила, ты нам нужна. На один месяц крайне редко выпадает сразу два новолуния. Если мы предотвратим следующее жертвоприношение, то повторить попытку наш маг сможет только через несколько лет. А этого времени будет достаточно, чтобы вычислить его и наказать. Не говоря уже о том, чтобы снова укрепить Высшие Врата.

– Но… но… – пробормотала я. – Неужели я одна во всем городе обладаю магическими способностями?

– Думаю, есть и другие, но после падения Ассамблеи маги либо не подозревают о своем даре, либо предпочитают его не применять. – Он взял меня за руку и посмотрел на россыпь свежих и старых порезов на моей ладони. – Я знаю, это больно. Я не стал бы просить об этом, если бы не переживал за судьбу своего народа. – Он накрыл мою ладонь своей. – Жить с таким даром непросто, даже в Аклеве. Но это действительно дар. Подумай, что ты могла бы сделать, сколько жизней могла бы спасти.

Недавно я уже использовала свой дар, а потом Эмили сожгли на костре. Я опустила взгляд на наши сплетенные руки.

– У меня не было ни учителя, ни наставника. Ты же видел, что я сотворила с теми людьми. Я не умею себя контролировать. То, о чем ты просишь… очень рискованно. Вдруг я сделаю только хуже?

Он пристально посмотрел на меня.

– Ты запросто могла убить их обоих, никто не стал бы тебя винить, но ты их пощадила.

– Если бы ты не вмешался, я бы не остановилась. Я уже пробовала использовать магию во благо, только потом оказалось… что пострадали невинные люди.

– Я буду рядом.

– А вдруг из-за меня пострадаешь ты? Вдруг ты погибнешь?

Он фыркнул, будто одна мысль, что я опасна, представлялась ему смешной.

– Погибну – значит, погибну. Я готов рискнуть, лишь бы стена осталась на месте и городу ничто не угрожало. – Уголок его рта приподнялся. – Но позволь уточнить: если без моей смерти можно будет обойтись, я предпочел бы не умирать.

– Ничего не обещаю. – Я взглянула на небо и покачала головой. – А почему город спасаешь именно ты? Разве этим не должны заниматься король с принцем?

– Король не хочет слушать о бедах. Ему подавай только похвалы. А принц… – Он устремил взгляд куда-то вдаль. – Принц просто трус. Прячется от всего мира. От него никакой пользы. Слишком уж он слаб и беспомощен.

После слов лорда Саймона, так высоко отзывавшегося о Валентине, критика Ксана звучала особенно резко.

– Похоже, ты его на дух не переносишь.

Лицо Ксана немного смягчилось.

– Нет. У него добрые намерения. Но он слабак.

Я вздохнула. Он меня убедил.

– Нужно найти книги, в которых упоминаются первоначальные заклинания. Надо же с чего-то начать.