В Палермо – столицу Сицилии – Марко и Трейси приехали в полдень. Он объяснил, что просто не мог, прилетев в Италию, не навестить родственников. Недалеко от Палермо в маленьком городке Багерия находился дом, который был для целого поколения его семьи родным. Когда Доминик Мариотти обосновался в Америке и стал уважаемым человеком среди таких же уважаемых людей, он имел на банковских счетах внушительное состояние. Первое, чем он занялся – построил на месте маленькой саманной хижины, в которой родился и вырос, большой добротный дом для своих родителей. Доминик часто прилетал на родину, не разрывая корней с родней и со своим прошлым. Поэтому после того, как ему дали пожизненный срок, Роза Мариотти – жена – вернулась с дочерью на Сицилию, не желая больше жить в Америке и горько сожалея, что сын остался в Нью-Йорке, выбрав свою судьбу. Антонио Мариотти знал, за какое дело страдает его отец и собирался взять за эту жертву большую цену от американских мафиозных кланов. Он не видел своего будущего на Сицилии, он решил создать его, обеспеченное и относительно легальное, в Штатах. Для себя и своей семьи. Марко был тому явным примером. Успешный, богатый, респектабельный, а то, что, по сути, он такой же бандит, каким был его дед, – частности. Никто ни разу ни в чем не обвинил Марко, никто не смог найти слабое место в его броне. Как говорится: «не пойман – не вор».
– Марко, может, мне лучше все-таки остановиться в отеле? – снова предложила Трейси. Ехать по сицилийским дорогам одно удовольствие: буйство красок, изломы ландшафта, величественные горы, но чем ближе они подъезжали к месту назначения, тем сильнее она нервничала, не замечая восхитительной природной красоты этого края. – Ты приедешь с женщиной, это как-то подозрительно.
– Подозрительно будет, если я начну ездить к женщине в гостиницу. – Марко был абсолютно спокоен, не разделяя тревог Трейси. – И неудобно, – добавил он.
– Неудобно что? – переспросила она, надеясь, что ослышалась, и он не собирается под крышей дома своей семьи продолжать их любовные отношения.
– Успокойся, Трейси. Люди будут думать о тебе настолько плохо, насколько ты сама им позволишь. – Марко положил руку на ее колено, затем рассмеялся, когда Трейси хмуро начала буравить ее взглядом. – Не беспокойся, твою репутацию я не поставлю под сомнение.
Дом семьи Мариотти утопал в зелени и купался в ярких лучах ласкового сицилийского солнца. Трейси не знала, как он выглядел семьдесят лет назад, но сейчас это было очаровательное двухэтажное палаццо из мелкого, местами потертого кирпича, что придавало ему еще большей солидности – проверка временем. Полукруглые своды окон, резные парапеты узких балконов, выбеленные или же стертые за годы подъездные дорожки – все дышало дружелюбием и ленивым спокойствием. Газон возле дома немного пожух от жары, а вот апельсиновые деревья были ухоженными: с блестящими глянцевыми листьями и тонкими, но крепкими стволами. Плодов на них видно не было, но запах стоял непередаваемый, словно в воздухе разлили легкий цитрусовый эфир.
– Пойдем? – позвал Марко, достав из багажника чемоданы. Трейси стояла притихшая и взволнованная, похожая на заблудившегося котенка, которого так и хочется взять на руки и показать, что мир вокруг не страшный, если ты в надежных руках. Он улыбнулся и надел очки: что-что, а взять Трейси он не сможет следующие два дня.
– Маrсо! – закричала женщина на итальянском, заставляя Трейси встрепенуться от неожиданности, а его – бросить чемоданы и пойти в сторону от парадного входа. Из низкой деревянной двери, которую Трейси даже не заметила, рассматривая дом, появилась полная невысокая женщина. Они с Марко обнимались и смеялись – Трейси не понимала ни слова, но было очевидно, что он здесь гость желанный и дорогой.
– Тетя, познакомься, – перешел на английский Марко, ведя ее под руку. – Трейси Полански – мой адвокат. Трейси – Селия Динаре.
– В Америке что, не осталось мужчин-законников? – Селия всплеснула руками и порывисто обняла Трейси, расцеловав в обе щеки: раз она прибыла с Марко – значит, на эти дни станет для всех членом семьи. – Женщина должна оставаться женщиной.
– Сеньора Динаре…
– Называй меня Селия, – отмахнулась от условностей тетка Марко. – Пойдемте в дом, отдохнете с дороги, потом праздничный ужин. – Она покосилась на чемоданы, которые подхватил племянник и воскликнула: – Оставь, Энцо ими займется.
– Зачем гонять ребенка, – ответил он.
– Ребенка? – натурально удивилась Селия. – Да он вымахал с тебя ростом и такой же шельмец.
Она повела их в дом через внутренний дворик, обнесенный арочными галереями, а возле небольшого бассейна грелись на солнышке глиняные горшки с цветами. Странно, что по пути они никого не встретили, хотя, по словам Селии, здесь собралась родня со всей округи, а кто-то (Трейси пока не запомнила имен) даже прилетел из Неаполя. Они недолго петляли по анфиладам общих комнат, затем поднялись наверх, и через пару минут перед Трейси распахнули двустворчатые коричневые двери.
