Мужчина хмыкнул и закрыл кран, а через несколько секунд Трейси вздрогнула, ощущая его присутствие электрическим покалыванием во всем теле: сумасшедшая энергетика, исходившая от него, просто ошеломляла. Потом появился запах: сладковатый, с пряными нотками и чем-то острым, хвойным. Он остановился совсем близко, всего в паре футов. Трейси непроизвольно улыбнулась – вкусно пахнущие мужчины – ее слабость.
– Вы можете повернуться, – вкрадчиво произнес он. – Ничего оскорбительного вы не увидите.
Она замерла, раздумывая: а вдруг он окажется лысым толстым коротышкой? Низкий баритон, дорогой парфюм и потрясающая аура рисовали сексуального красавца-мужчину, но ей и так сильно везло этим вечером, вряд ли в туалете можно встретить кого-то подобного. Может, не стоит портить впечатление?..
– Повернитесь, – попросил мужчина, когда Трейси сжала ручку двери, собираясь покинуть его так и не начав знакомства. Она подчинилась.
Ее предположение оказалось в корне неверным. Мужчина не был толстым карликом, наоборот, он был высоким, и лишнего веса на первый взгляд совсем не наблюдалось. Трейси запрокинула голову, всматриваясь в его лицо: острые скулы, прямой нос и высокомерно выступающий подбородок с маленькой ямочкой. Он был красив, опасно, волнующе красив. И это пугало. Было что-то в его взгляде и притягивающее, и отталкивающее одновременно. Будто инстинкт самосохранения, почуяв хищника, на подсознательном уровне сигнализировал: беги! Только ноги отчего-то налились свинцом и совершенно отказывались подчиняться. А еще в тусклом свете уборной его лицо казалось смутно знакомым, но если бы они встречались – она бы не забыла.
Мужчина тоже оценивал ее, и, судя по блеску в глазах, ему нравилось то, что он видит.
– Вас проводить? Обещаю уберечь от всех влюбленных мужчин. – Он улыбнулся уголками губ, протягивая ей ладонь, и Трейси готова была пойти с ним, но дверь распахнулась, заставляя ее одернуть руку и, не глядя на вошедшего, быстро выскочить в коридор.
Трейси быстро поднялась наверх, стараясь раствориться среди гостей. Она попадала в разные экстравагантные ситуации, а в последнее время это случалось особенно часто, но почему-то именно эта заставляла смущаться и, прикрыв глаза, про себя причитать: «Какой стыд! Какой стыд!»
«Наверное, на меня плохо влияет пребывание среди людей с идеальными манерами, – предположила она, боясь, что так недолго и в чопорную пуританку превратиться, которая в ужасе округляет глаза, услышав слово «член». – Интересно, а что они делают, когда его видят?» – размышляла Трейси, неспешно прогуливаясь по трем перетекавшим из одного в другой залам и пытаясь рассмотреть в элегантных черно-белых группах мужчин крепкую плотную фигуру с шапкой светлых волос.
Она точно знала: мистер Херриген сегодня будет здесь, и честно старалась концентрировать внимание исключительно на первоочередной задаче – найти его, – но глаза против воли останавливались на сияющих драгоценностях, украшавших шеи и руки женщин, или на изысканных предметах интерьера: ровный ряд высоких прямоугольных окон с тяжелыми парчовыми портьерами, а между ними портреты президентов; огромные хрустальные люстры с белыми высокими свечами, горевшими внутри сверкающего стекла; гигантский, во всю стену, камин, выложенный белым камнем. Полы натерты до блеска, а официанты двигались так плавно и грациозно, словно скользили на коньках. В одном из залов расположились музыканты: они настраивали инструменты, готовясь развлекать гостей, и Трейси решила остановиться: перевести дух и подумать.
Она протянула руку к подносу с шампанским, которое любезно предложил молодой юноша в униформе, и застыла, споткнувшись взглядом о высокую гибкую фигуру, облаченную в черный смокинг. Вот он – ее визави из туалета. Он стоял вполоборота, увлеченно беседуя, как раз с Энди Херригеном. Трейси довольно улыбнулась, отказываясь от напитка и внутренне ликуя: ей действительно везло! Мужчины разойдутся, и она перехватит директора управления.
Одна из пар, закрывавших обзор, отошла, и Трейси заметила невысокую брюнетку, державшуюся за локоть ее нового знакомого. Хотя какого к черту знакомого? Он ведь даже не представился. Женщина была, что говорят, «широка в кости», но привлекательная, с темными волосами, собранными в гладкий пучок, и большими сверкающими черными глазами, а бриллиантовое колье, искрившееся на ее шее, вторило этому блеску и приковывало взгляд.
– Трейси?! – удивленно прозвучало сзади. Она так мастерски избегала чету Стеклеров в течение вечера, что позволила себе расслабиться.
– Добрый вечер, мистер Стеклер.
– Адам, – в очередной раз поправил он.
– Адам, – мягко повторила Трейси, обворожительно улыбаясь. Отец Брендона взял ее ладонь и легко коснулся губами тыльной стороны. Вот кто настоящий джентльмен в этой семье! Даже если его и посетила мысль относительно легитимности нахождения подруги сына на званом вечере в Грейси, то развивать он ее не стал, предпочитая более приятную тему.
– Прекрасно выглядишь! – Адам одобрительно, но без пошлости, осмотрел ее. – Рад тебя видеть.
