— Добро пожаловать в СПА-салон "Наринг". Вас готовы обслужить тут по высшему разряду, выполнить все ваши желания и удовлетворить любые потребности, — пафосно произнес он и добавил уже нормально: — Наринг копит воду в корнях, а мы этим пользуемся.
Болтая, он не задерживался на месте ни секунды. Схватил ковш в одну руку, кусок чего-то тряпичного в другую, зачерпнул воды из бадьи, смочил, стал намыливать сероватым бруском, взятым с того же табурета, и развернулся ко мне, довольно усмехаясь во весь рот.
— Раздевайся, красавица моя, — сказал, явно подначивая, как будто не верил, что я не включу заднюю в последний момент. Ха. Не сегодня и вообще никогда, членоносный ты ящер. Если я не хочу мужика на самом деле, он узнает об этом, получив по яйцам в прямом, а не в переносном смысле.
Я задрала верх униформы до груди — Киан шумно сглотнул и переступил с ноги на ногу, ставя их пошире, словно внезапно началась качка. Сдернула трикотаж совсем — он опустил голову, как набычиваясь, глядя неотрывно, и даже в паршивеньком свете факела заметно было резко вздувшиеся вены у него на виске и справа на лбу. Взялась за край плотного спортивного лифчика из ликторских запасов — в тишине подвальной помывочной, кроме журчания воды, стало отчетливо слышно набирающее скорость рваное дыхание и скрип несчастной ручки ковшика в его лапище. Что, роль безынициативного зрителя не по тебе?
— Не попорть имущество, — без грамма смущения ухмыльнулась, и Киан попытался мне ответить что-то, по задумке, видимо, непринужденное, язвительное, с отзеркаливанием усмешки, но вышла только непонятная, едва ли не страдальческая гримаса, а слова и вовсе обернулись невнятным, сразу затихшим скрежетанием. Черт, отчего же вот такой, неприкрыто уязвимый для вожделения, что в нем разжигаю, он меня заводит уже совсем не шуточно, аж по коже проходятся сотни дразнящих иголочек, награждая колючими крошечными разрядами.
Продолжим, малыш? Ты ведь так долго на это нарывался. Неторопливо и не сводя с него глаз ни на миг, стянула бюстик и, покрутив на пальце, уронила на пол. Ясное дело: не "трахни меня" кружева, музычки нет, и соблазнительница я та еще, но производимый эффект полностью устраивал. Просунув пальцы под эластичный пояс штанов, покачала бедрами, медленно спуская ткань вниз, наклонилась к самым ступням, не прерывая визуального контакта, в том же темпе выпрямилась, вышагнула из кучки текстиля и, проведя по бокам, обхватила груди, чуть приподнимая и как бы взвешивая.
— Что-то мои сиськи сильно сдали после голодовки в клетке, не находишь? — Мать моя, я ведь никогда не имела привычки кокетничать и дразниться, вот откуда это во мне в его присутствии?
Ковшик глухо бухнулся об пол, мыльная тряпка полетела в стену, Киан скрипнул зубами, опустил голову еще ниже, как если бы собрался пригвоздить меня лбом к стене, и двинулся вперед, издавая некое продолжительное ворчание, ни разу не похожее на звуки, присущие цивилизованному человеку. Впрочем, он таким сейчас и не выглядел. Насмешник, хитрец и обаяшка исчез без следа, а на меня неотвратимо надвигался скорее уж озверевший самец, нежели даже сильно возбужденный мужчина. И меня от этого его вида пробрало до самых глубин и так забористо, что во всякой прелюдии отпала необходимость. В крови вскипело, в ушах и за ребрами грохотало, грудь заныла, внизу все зашлось в предвкушающей дрожи. Но это не отменило желания дразнить его еще, увидеть, где же предел его адекватности и есть ли он, поэтому я стала осторожно отступать, побуждая преследовать. И почти сразу же запнулась обо что-то и, нелепо взмахнув руками, эпично и прям "дико сексуально" полетела на задницу. Но ни упасть, ни даже сгруппироваться, реагируя, не успела, очутившись в надежном захвате Мак-Грегора, который аккуратно, но очень стремительно и ловко уложил меня на спину, накрывая собой. Я бы взорвалась от смеха, но он не оставил мне времени на веселье, захватив мои губы своими и сразу же надавил языком, требуя впустить. И я не отказала, позволяя ему вовлечь себя в агрессивный, без всяких намеков на поддразнивание или раззадоривание, поцелуй. Совсем уже не предварительная ласка, сразу переход к взаимному поглощению с щедрым обменом жадными стонами, ладонями, скользящими по телу в захватнических набегах, волнообразно трущимися друг об друга телами.
— Уже не остановиться… — хрипло и чуть ли не обреченно пробормотал Киан, оторвавшись от моего рта и отстранившись на мгновение, только для того, чтобы освободить себя из штанов. — Прости.
