Мне страшно хотелось спросить, как назывался его мир и массу всего о нем, но решила не перебивать.
— В древности и до момента катастрофы всегда были посвященные, что знали о нашем мире и даже ведали о наличии путей, периодически открывающихся между нами и вами, но постепенно все это стало считаться, скорее мифом, так же, как и существование в реальности любых разумных существ, кроме людей, хотя и тогда вы уже вечность делили мир с морским народом, честно говоря, превосходящим человеков и в плане работы мозгов, и по гуманности.
— Ты говоришь о дельфинах? — чувствуя себя ребенком перед лавкой чудес, я тоже намахнула свою долю и налила еще.
— Не только. В океанах много видов, обладающих разумом, но мы же не о них сейчас. Главное в том, что Краеугольный камень являлся источником магии в обоих мирах, присутствуя одновременно физически и у вас, и у нас. Я не силен в объяснении всяких таких штучек, я простой ящер, а не доктор наук, но просто представь, это как-нибудь, — Мак-Грегор сделал неопределенное движение руками. — Короче, камень один, мира два, и магия в каждом своя, никаких конфликтов и пересечений, всем всего поровну и хватает. Как-то так.
— А в чем разница? Магия у нас вроде делится только на полезную и разрешенную и вредоносную и запрещенную.
— Ой, забудь ты об этом. Разница между людьми, родившимися с даром волшебства и нелюдьми, у которых магия в крови, в том, что ваши способности направлены на изменение внешней среды, обстоятельств, создание чего-либо из чего-то, а наши заключались во всевозможных трансформациях себя. По крайней мере, так было до того, как наши миры врезались друг в друга, словно два гребаных танкера на полном ходу, взаимно перемалывая, круша, пронзая и отправляя всех на дно по прихоти кучки слишком любознательных ушлепков, получивших доступ к древним знаниям и Краеугольному камню.
— В смысле, врезались? — В моем воображении нарисовалось эпичное столкновение двух разных планет, с ослепительной вспышкой, расходящейся кольцом вселенских размеров, и выбросом энергии, после которого остается только туева куча летающих в невесомости камней. После такого могут выжить разве что парочка видов бактерий. — Всем настал бы трандец, — Для наглядности я сжала кулаки и столкнула их в воздухе, сопроводив это громким "бум".
— Нет, блин… как же тебе объяснить, — почесал снова озадаченно затылок Киан. — Наши миры не были разными небесными телами, а как бы… ну, противоположными сторонами одной коробки, что ли. — С объяснением таких тонкостей у всезнайки и всеумейки, похоже, и правда сложности. — И когда они столкнулись, это не было "бум", — он повторил мой жест, — это было вроде как "вжик-хрясть", — Мак-Грегор растопырил пальцы и свел руки, позволяя каждому из них одной руки проникнуть между пальцами другой. — Огромные части из одного мира, как ножи или колья проникли в другой, да так и застряли, а потом вообще все проходы между ними закрылись. Те, кому не посчастливилось жить или находиться ближе к краям этих ножей-кольев размером в сотни километров, естественно, были обречены. Кто же как раз обретался ближе к середине, выжили и, выражаясь образно, "въехали" в чужой мир без возможности вернуться назад.
— Хочешь сказать, что все существа из Зара… тьфу, Свободных земель к нам не по своей воле попали, а в силу обстоятельств? Так же, как и люди к вам? — потерла я виски.
— Я считаю, что обстоятельства — это когда случается природная стихия, наводнение или засуха, извержение вулкана. А когда кто-то… пф-ф… условно разумный прикладывает к подобному непотребству свои кривые грабарки, то это злонамеренное деяние, — раздраженно рыкнул Киан, впрочем, быстро успокоившись.
— У нас никогда об этом нигде не писали и не рассказывали.
— Ну еще бы. Что сподручнее: признаться, что источник долбаной катастрофы — неудавшийся опыт ученых, целиком и полностью поддерживаемых вашими прежними правительствами, или выдумать байку про магов-отщепенцев, которые по собственной инициативе сделали всем гадость и были еще и якобы в сговоре с мерзкими тварями, только и мечтавшими вторгнуться, всех жрать-убивать и территорию себе захапывать?
— Наличие внешнего врага дает повод навязать любые новые ограничения и правила с обоснуем чрезвычайного положения, скрыть информацию, безнаказанно давить несогласных или думающих не в ту сторону и замечательно маскирует наличие своей вины и манипуляций, — пробормотала я задумчиво.
— Моя умненькая девочка, — довольно усмехнулся Мак-Грегор, будто и правда гордился мной или же в этом была его личная заслуга. — Наливай.
— Я не твоя, — из чистой вредности возразила, но стакашки наполнила. — И учитывая наш прошлый опыт, мне как минимум опрометчиво верить каждому твоему слову.
— Наш прошлый опыт… м-м-м… — закатил глаза ящер-паяц. — Звучит так романтично, что кажется, у нас двоих долгая, насыщенная событиями, совместная история. А ведь все только начинается и сколько еще впереди.
