— Черта с два. Как насчет того, если я внезапно не захочу отсюда уходить? Вдруг мне тут нравится?
— Это брехня. Я знаю, чего ты хочешь.
Да неужели? Ну гребаный ясновидящий, ничего не скажешь.
— Прямо сейчас я могу хотеть пойти и поведать Крорру обо всех твоих откровениях, например. — Чтобы хоть как-то укротить желание вломить придурку, я перешла на бег.
— Вынужден повториться, дорогая: я знаю, чего ты хочешь. — Сразу же подстроился он под мой темп. — Но даже если ты из чистого упрямства решишь поделиться чем-то с Крылатым, это ничего не изменит конкретно для тебя. Разрушит мои другие планы, да. Но и все на этом.
— Забавно, значит, все, что мне, по-твоему, нужно делать, это сложить лапки и сидеть в ожидании, когда ты весь такой важный и серьезный завершишь свои дела, а потом заберешь меня не пойми куда?
— Замечательный план. Добавлю от себя: соблюдение целомудренной дистанции с любым членоносителем всячески приветствуется.
Наглость просто феноменальная. Но если это действительно проездной на волю? Ага, или прямая дорога в западню иного характера.
Мрачно нависающая над пустыней цитадель появилась на горизонте, как только мы перевалили через очередную дюну, и даже с такого расстояния я разглядела фигуру Бронзового, стоявшего на входе. Прибавила скорости, стремясь создать между мной и Кианом дистанцию, а еще не считая нужным что-то еще отвечать сейчас. Он ясно дал понять, что мое мнение не имеет значения. Но мой жизненный опыт подсказывал, что чрезмерная самоуверенность чаще всего заканчивается крушением самых амбициозных планов. Так что курс прежний, Летти. Ждем и думаем.
Как я ни пыталась по достижении входа в цитадель продемонстрировать наличие хоть какого-то расстояния между мной и Мак-Грегором, упрямый гаденыш буквально приклеился к моей спине, а двигаться еще быстрее сейчас просто была не в состоянии. Хотя, думаю, будь я даже в самой прекрасной физической форме, оторваться от него было бы не по силам.
Крорр стоял как каменный истукан-привратник, сверля нас тяжелым взглядом, Илэш же рядом с ним, только спиной к нам, и все ее внимание было сосредоточено на лице Бронзового. Мне подумалось, что ее присутствие и неотрывный визуальный контроль служили сейчас неким сдерживающим фактором. Глядя всего лишь краем глаза на Киана, я и то уловила тот момент, когда он натянул на себя спецликторскую маску безобидного очаровашки, не представляющего никакой угрозы. Все же эта его способность к метаморфозам, вроде бы никак не затрагивавшим внешность, но будто бы мгновенно менявшим саму излучаемую ауру, внутреннюю суть, пугала, завораживала и заставляла резонно задуматься: в общении со мной он использовал всего лишь одну из своих многочисленных личин или же показывал истинное лицо, пусть самый краешек. Скорее всего — первое. Может, у него и нет вообще этого самого истинного лица.
— Хочу напомнить, что сексуальное домогательство или преследование в любой форме между кадетами является наказуемым деянием, — процедил Крорр таким тоном, что его слова казались увесистыми ледышками, одна за другой падавшими на пол. — В зависимости от тяжести единичного проступка либо из-за постоянных рецидивов подобного поведения, сигнализирующих об отсутствии раскаяния и желания исправиться, может быть назначено взыскание вплоть до смертной казни.
Произнося последние слова, Крылатый буквально уперся взглядом в Мак-Грегора, выбрасывая в его направлении такую энергию гнева, что почудилось: сейчас того в стену вмажет. Но ничего подобного. Киан стремительно развернулся ко мне, тараща глаза в притворном испуге и судорожно втягивая воздух, и даже руку шлепнул в район сердца, которое не факт, что у него было в наличии.
— Нет. Нет. Пожалуйста, — взмолился он почти совсем натурально. — Декурион Крорр, не нужно никаких наказаний. Когда прекрасная девушка делает парню недвусмысленные намеки и все время хочет держаться рядом, то он чувствует себя только безумно польщенным и ни в коем случае не оскорбленным или преследуемым.
Ну. Что. За. Сволочь.
Я зыркнула на мерзавца, но он и не думал смотреть на меня, а только преданно пялился в затылок Красной.
— Войт, ты ничего мне сказать не хочешь? — спросил ликтор еще холоднее прежнего.
— Нет, декурион Крорр, — пожала я плечами.
А что мне сказать? Гадский Мак-Грегор ведь нарочно создал эту ситуацию, удобную ему со всех сторон. С одной — глянуть, не психану ли я и не решу ли заспорить и обвинить его в клевете, подставляя под наказание. С другой — практически в прямой форме заявил Бронзовому, что именно он, изворотливый смазливый мальчишка, привлекает меня, а совсем не брутальный Крылатый. Собственно, пометил меня, как столбик, но так, чтобы не сталкиваться лбом с другим самцом, перевесив всю ответственность на якобы мой выбор. А еще точно просчитав, что я разборок устраивать не стану, не сей момент уж точно, потому как с Кианом мне сейчас вроде дружить надо, вызнавая у него все больше о путях на волю.
