— Кадет Войт, а тебе известно, за какое преступление был осужден Киан Мак-Грегор? — Илэш наконец решила вступить в беседу. — Он убил свою состоятельную и влиятельную супругу, которая была намного его старше и которую он охмурил и склонил к браку благодаря своим годами оттачиваемым навыкам жиголо и альфонса. Это верно, новобранец?
— Так точно, декурион Илэш, — не моргнув и не изменившись в лице, бодренько подтвердил Тощий. — Но, честное слово, меня можно понять. Моя супруга была прижимистой, склочной и ревнивой. А если уж женщина хочет такого парня, как я, только для себя, то должна быть готова жертвовать ради этого чем-то.
— Какой незамутненно циничный взгляд на мир, — ухмыльнулась Красная, встречаясь со мной глазами. — Можете идти, кадет Мак-Грегор. На обед вы уже опоздали, поэтому отправляйтесь сразу в аудиторию.
Подмигнув мне как ни в чем не бывало, Киан зашагал по коридору, и после краткого обмена взглядами с Крорром за ним последовала и Илэш, оставляя меня с командиром наедине.
— Я повторюсь еще раз, Войт: нет ничего, чтобы ты сочла нужным мне рассказать? — спросил Крорр, как только звуки чужих шагов затихли. — Прежде чем ответишь, подумай хорошенько. Я понимаю, что в том социуме, в котором ты до сих пор существовала, царят эти самые "понятия" и одно из них гласит, что сдавать себе подобных нельзя. Но учти тот факт, что ты больше не обычная уголовница, а кадет Драконьего корпуса и прежним извращенным жизненным установкам тут не место.
— Декурион Крорр, несмотря на то, что у вас в голове есть некий готовый образ меня, считаю нужным сообщить, пусть даже рискуя показаться заносчивой и наглой, что к обычным уголовникам я себя никогда не относила, к чужим "понятиям" глубоко равнодушна, предпочитая им собственные жизненные принципы. — И, кстати, кадетом намерена оставаться лишь столько, сколько будет необходимо, так что и местные нормы морали на себя натягивать не собираюсь. Но об этом промолчу. — Поэтому если я говорю, что нет ничего хоть сколько-то достойного внимания в ситуации между мной и кадетом Мак-Грегором, то так и есть.
— Ладно, пойдем со мной, — пробормотал Бронзовый и перестал так сильно сжимать свою челюсть, да и линия его плеч чуть расслабилась. — Просто хочу, чтобы ты была в курсе — то, что мы… не пришли пока к согласию в определенном аспекте, не значит, что мне безразлично все с тобой происходящее. После… ночного приступа ты ушла раньше, чем я успел с тобой поговорить, а потом не представилось возможности.
Возникла почти комичная ситуация, когда я пыталась, по обыкновению, пристроиться позади ликтора, но он упорно притормаживал, желая идти со мной бок о бок. В итоге, мы некоторое время неловко практически топтались на месте, но я смирилась и пошла рядом с ним.
— Не представляю, о чем вы, декурион Крорр, — постаралась сделать непроницаемое лицо, памятуя угрозы Красной.
— Мы здесь одни, и нет смысла притворяться, Летисия. Я признаю, что совершил ошибку, но из благих побуждений.
— Если мы все же говорим об этом, то могу я спросить, что на самом деле произошло и ради чего это было? — Почти ожидала, что он меня одернет, но Крылатый нахмурился, будто размышляя, сколько можно мне сказать и нужно ли это вовсе.
— Завтра с утра вас ждет очередное Одаривание, Летисия, — наконец произнес он, не глядя на меня.
От этой новости резко заныл каждый уголок тела, и я невольно скривилась.
— Уже?
— Уже, — ликтор выплюнул это короткое слово, будто оно ему язык обожгло.
— Почему так скоро?
— Я не буду обсуждать с тобой приказы своего командира, — гаркнул он, хотя и дураку было понятно — вовсе не на меня он зол. На себя или еще кого-то.
— Я и не настаиваю, — ответила тихо, пусть и хотелось огрызнуться, и мужчина зыркнул в мою сторону то ли яростно, то ли виновато. — Все будет так же, как и в первый раз? В смысле, больно и не без потерь?
— Да, — тяжело уронил Бронзовый. — Именно поэтому я решил поделиться с тобой своей кровью. Это могло бы заметно увеличить твои шансы на принятие нового Дара, учитывая, что я их все пережил без проблем. И, думаю, ты достаточно умна, чтобы понять: это против всех правил, и не спрашивать, почему именно ты.
— Я не собираюсь об этом распространяться, дек…
— Мы наедине, — раздраженно указал он мне.
— Крорр. Тем более это не сработало.
— Не сработало, — повторил он как эхо и нахмурился еще больше. — Скорее наоборот. Я подверг твой организм стрессу, и это снизило шансы. Ты вправе винить меня в этом.
Ну, допустим, есть у меня мыслишка, почему все пошло не по плану у ликтора, и на роль самого виноватого тоже претендент имеется.
— Винить? Это разве как-то поможет мне выжить?
— Нет.
Мы шли молча еще какое-то время, пока не добрались до хорошо знакомого мне коридора, где находились личные покои Крорра.
— Если поторопишься, сможешь помыться и поесть до начала лекции, — сказал он уже гораздо спокойнее, и я не стала мешкать или изображать застенчивость, а сразу толкнула дверь в ванную.
