Она закрыла руками лицо, содрогаясь всем телом. Тонкие руки обвили ее плечи и прижали к теплому телу. Слезы облегчения, пережитого страха и неверия смешивались, пока они отдавались невыносимой боли в груди.
Вся уверенность, вся бравада, с которой Эстелла сражалась с Аркейном, бесследно испарилась. Сила света, переполняющая бессмертное тело, мягко поглаживала ее, даря недостающее спокойствие. Эстелла хваталась за это чувство, за присутствие Клэр и ее родные прикосновения…
И не могла поверить.
Они сделали это. Они на самом деле сделали это.
Открыв глаза, Эстелла посмотрела на звездное небо.
Она могла поклясться, что звезды начали перемигиваться между собой, словно и вправду слышали ее. Словно могли говорить. Губы растянулись в широкой улыбке, и Эстелла тихо засмеялась сквозь слезы.
Опустив взгляд, она увидела, как выжившие войды начали испаряться. Те, что бились на земле, становились горстками пепла. А те, что имели крылья и могли летать, падали на камни, превращаясь
Небесная армия и ведьмаки опустились на колени, сложив оружие.
Они поняли, что проиграли.
А тело Аркейна превратилось в пепел.
– Нет, Клэр, – прошептала Эстелла. – Все только… начинается.
Вдруг она услышала, как где-то вдалеке раздается первый клич. К нему присоединился второй, третий, четвертый. Земля задрожала от яростной веры, с которой сотни и тысячи голосов скандировали их имена. Пылающие стучали сталью о сталь, вскидывая к небу руки со скрещенными пальцами.
Это был знак Альянса. Знак справедливости и любви.
Эстелла чувствовала, всей своей бессмертной душой чувствовала, как их сердца обретают свободу. Клэр сжала ее руку, словно говоря:
Затем в тысяче голосов они услышали те, что привели их домой.
Нэш, Астра, Илай и Аарон – раненые, но живые, – размахивали знаменами Альянса, привлекая их внимание.
Сердце Эстеллы наполнилось светом.
Глубоко вдохнув, она крепче сжала руку Клэр и выпрямила спину. Ее уверенный взгляд устремился вдаль, к горизонту, словно она могла разглядеть грядущие изменения и свободный мир, ради которого своей жизнью пожертвовали столько отважных сердец.
Но еще столько же сердец ждали их здесь.
На континенте, которому было суждено сгореть. И возродиться из пепла.
Как только ноги Эстеллы коснулись земли, она сорвалась на бег.
Илай стоял среди хаоса, в который превратилось поле боя, слегка покачиваясь, с распахнутыми объятиями и широкой улыбкой на лице. Живой. Уставший. С этими ужасными ямочками на щеках.
– Ты задолжала мне объяснения, сказо…
Она набросилась на него, будто видела первый и последний раз.
Его руки тут же обхватили ее бедра, нос зарылся в длинные серебристые волосы. Сердце Эстеллы затрепетало, словно птица, добравшаяся наконец до дома. Она вцепилась в Илая так крепко, что никто, ни один живой человек не заставил бы ее отпустить его.
– Сколько лет ты там провела? Откуда такие волосы?
Эстелла засмеялась. Слегка отстранившись, она заглянула в его теплые глаза. Провела ладонью по окровавленной скуле, изгибу губ и носу. Запоминала каждую черту, чувствуя, как за ребрами что-то больно сжимается.
– Точно. Если тебе не нравится моя новая прическа, я постригусь. Хотя нет. Я, конечно, люблю тебя, но моя внешность – только мое дело.
– Я буду любить тебя, даже останься ты без волос.
– О, именно это я хотела услышать после того, как мы спасли мир. Ты такой романтичный.
– Если ты не отпустишь меня, это будут мои последние слова, любимая…
Эстелла вскрикнула и тут же спрыгнула с его рук.
– Боги! Ты ранен!
Тяжело вздохнув, Илай поморщился.
– Эти раны не сравнятся с тем, что я чувствовал, пока ждал тебя.
Эстелла снова хотела броситься ему на шею, но сдержалась. Им нужно как можно скорее довести Илая до целителей. Тени латали его, но раны были слишком глубокими.– Я обещала, что никогда не брошу тебя, ангел. А я всегда держу слово.– Она прижалась к его губам целомудренным поцелуем.– Тем более тебе придется
Он непонимающе свел брови.
– Что это значит?
Эстелла долго удерживала зрительный контакт. Затем тихо ответила:
– Я бессмертна.
Сначала на его лице не отразилось ни единой эмоции. Затаив дыхание, Эстелла ждала ответной реакции: может, он не хочет проводить с ней всю оставшуюся жизнь? Может, это слишком?
Илай резко провел ладонью по щеке и отвернулся.
– Это значит…
– Я буду с тобой до самого конца.
Он поднял взгляд к звездному небу, и Эстелла заметила на его щеке мокрую дорожку. Ее губы тронула улыбка. Этот холодный и жестокий командир был до невозможности чувствительным. Только с ней.
Он опустил голову, и его глаза – родной изумруд с темными крапинками – сразу же развеяли все сомнения.
Его объятия стали ответом. Их связующая нить стала ответом.
