Трудно было поверить, что «эти техники» настолько безжалостны – на первый взгляд миниатюрный дедок и статная пожилая женщина с седыми волосами, собранными в аккуратный узел на затылке, – но Зеня не собиралась спорить.
– Конечно, – снова сказала она.
Водайя устремила на нее горящий взор:
– Страшные времена настали для Радежды. Это гражданская война. По милости меха-дэвы она не продлится долго, но в отсутствие ее милости нам необходимо, чтобы все были в боевой форме как можно скорее.
Зеня кивнула, слишком потрясенная, чтобы говорить.
Что-то в выражении ее лица, должно быть, рассердило Водайю, потому что крылатая добавила:
– Это не последняя катастрофа, которую ты увидишь, и не самая страшная. Учись жить с этим сейчас или уходи. Поняла?
– Да, – выдавила Зеня; она сглотнула, в горле пересохло. – А как же книжники? Они-то здесь при чем?
Водайя замерла, лицо ее сделалось непроницаемым, а затем она погладила Зеню по щеке – ее ладонь была теплой и пахла медью.
– Скажу тебе только одну вещь, а затем мы приступим к работе. – Она подождала, пока ученица снова кивнет, а затем проговорила: – Мне глубоко наплевать, при чем тут книжники, и тебе тоже. С этого момента мы – истинная пятерка: четыре конечности и голова. Я говорю – вы делаете. Ты больше не Милар Земолай. С тех пор, как ступила ко мне на боевую арену. Ты Пава Земолай. Не смей забывать об этом.
Именно в тот момент, хотя тогда она этого не понимала, все изменилось. Меха Петрогон открыл самые сокровенные истины своего сердца крылатой Водайе, своей ученице и наперснице, надежде на будущее их секты избранных.
И прежней она уже не стала.
Какие дары они нам преподнесли! Вещи странные и удивительные…
Мы спросили: «Как вы додумались до такой магии?»
И они рассмеялись и ответили: «Там, откуда мы пришли, это обычные технологии».
Мятежные малыши не слишком обрадовались предложению Земолай (и зачем им тогда бескрылый воин за спиной во время рискованной миссии?), но отложили споры, пока не отыскали новое укрытие, подальше от башни книжников.
Остановили выбор на обычном многоквартирном доме, одном из тех, где живут, только если других вариантов не осталось, в приграничном районе Радежды. Сам район, мало кем принимаемый в расчет, протянулся узкой ничейной полосой между округом Арио и северной городской стеной. Здание представляло собой не столько дом, сколько конгломерат из десятков тесных квартир. Селились в нем граждане всех возрастов и сословий, некоторые на несколько отчаянных дней, а иные и на всю оставшуюся жизнь.
О существовании этой стороны города многие предпочитали не думать. Несмотря на все усилия секты мехов – постоянные и непрерывные – сделать так, чтобы нерешительных, неприкаянных и нищих не было, у них не получалось.
В здешней разношерстной толпе Земолай не бросалась бы в глаза.
Вся группа набилась в переднюю комнату небольшой квартиры. Скудная обстановка – закопченная кухонька, три шатких стула и куча изъеденных молью подушек – вполне отвечала общей атмосфере подержанной неустроенности. Земолай оттащила один из стульев в уединенный угол и опустилась на сиденье, скрипнув суставами в унисон с деревом.
Тимьян достал свой блокнот и сверился с исчерканной пометками картой.
– Если с прошлой недели график патрулирования не изменился, то до проверки здешних трущоб у нас еще добрых три-четыре дня.
– За глаза! – Рустайя плюхнулся на кучу разномастных подушек, подняв облако пыли.
Гальяна достала из рюкзака тонкую простынку, развернула ее и встряхнула, чтобы брезгливо накинуть на свое сиденье, но Рустайя поставил ей подножку, и она опрокинулась на пол с протестующим писком: «Рустайя!»
– Давайте разбирать поклажу, – предложил он в ответ, откинул клапан своего рюкзака, и присутствующим открылся аккуратный ряд стеклянных бутылок, переложенных свернутыми рубашками.
– Только не говори, что ты больше ничего не взял! – воскликнула Гальяна, но в ее возмущении слышался смех.
Атмосфера сделалась легкомысленной. Им удалось преодолеть ряд отчаянных ситуаций – сбежать из башни, укрыться под землей с пленной крылатой, уклониться от смехотворной попытки Земолай натравить на них патруль, – и вот короткая передышка в убежище, среди своих, прежде чем они снова отправятся навстречу опасности. Разумеется, притащили выпивку.
– Нам еще план составлять, – строго сказала Элени, но не отказалась от бутылки, которой Рустайя соблазнительно потряс перед ней.
– На. – Тимьян схватил две и протянул одну Земолай, чуть улыбнувшись.
Она помедлила, затем взяла бутылку, кивнув в знак благодарности.
– За Хай Савро! – провозгласила Гальяна.
Остальные согласно забормотали и сделали по глотку.
Земолай вытащила пробку и поморщилась от ударившего в нос резкого запаха. Пошло не гладко, но таки пошло, и в живот словно теплый камень упал.
