— Я была там впервые и очень надеялась услышать рассказы также о революции, о забастовках, которые организовывал Ленин, о том, как жили люди во время блокады Ленинграда. Но точно так же, как вы не услышали ничего о депортации крымских татар сегодня в музее, как будто этой истории никогда не было, так и я во время недельного пребывания в Санкт-Петербурге слышала только рассказы о царизме… О Екатерине Великой, Петре Великом, Марии Федоровне, о красивых балах, о князьях и дворянах. Никто не сказал хоть что-нибудь о бедных, оборванных крестьянах, которых заставляли строить город, или о тех, кто умер во время блокады. Единственная история России — это история больших правителей, роскошной жизни царей. Они ничего не рассказывают о том, как жили обычные люди. Так что я была довольно смущена, когда вернулась домой. В Санкт-Петербурге было очень красиво, но меня обеспокоило развитие России, поскольку культурная политика страны свидетельствует о том, в каком направлении движется общество.
И Украина ненамного продвинулась вперед по сравнению с советским обществом за двадцать лет, прошедших со времени распада советской империи, — говорит Адиле.
— В украинской культурной политике и преподавании истории также была определенная односторонность. Но я надеюсь, что сейчас произойдут изменения, что народ наконец созрел. Потому что на протяжении всего периода независимости Украина фактически управлялась Россией.
Однако у Юрия, у которого я брал интервью в Севастополе, была диаметрально противоположная точка зрения, он считал, что Украина продолжает обвинять Россию во всех своих проблемах и одновременно перекручивает все в учебниках истории, так что выдающиеся российские герои вдруг стали украинцами, — говорю я.
— Ну да, это ведь соотносительно, они делают одинаково, но наоборот. Это ничем не лучше, это также пропаганда. Если кто-то был негодяем и украинским националистом в советских учебниках, то сейчас этот антисоветский негодяй должен стать антисоветским героем. Если в советских учебниках украинские казаки были негодяями, так как не желали подчиняться Екатерине Великой, сейчас они вдруг стали героями борьбы за независимость и основателями украинского государства.
В России, как уже было сказано, делают наоборот. В своем ежегодном послании к обеим палатам парламента в декабре 2014 года Владимир Путин дал свежий пример современного российского отношения к истории, когда он рассказывал о «воссоединении» Крыма с Россией:
— Для нашей страны, для нашего народа это событие имеет особое значение. Потому что в Крыму живут наши люди и сама территория стратегически важна, потому что именно здесь находится духовный исток формирования многоликой, но монолитной русской нации и централизованного Российского государства. Ведь именно здесь, в Крыму, в древнем Херсонесе, или, как называли его русские летописцы, Корсуни, принял крещение князь Владимир, а затем и крестил всю Русь.
Нет ясности в том, действительно ли Владимир Святой крестился в Крыму в конце 980-х годов, или его крещение все же состоялось в Киеве. Также не кажется слишком важным, что предположительно Владимир Святой убил княжескую чету Корсуни и заставил их дочь выйти замуж за своего сатрапа. Кроме того, согласно легенде, он сам изнасиловал эту дочь на глазах ее родителей. Но об этой части рассказа ничего не упомянул в своем послании современный тезка Владимира Святого. Он продолжал высокопарно:
— И именно на этой духовной почве наши предки впервые и навсегда осознали себя единым народом. И это даёт нам все основания сказать, что для России Крым, древняя Корсунь, Херсонес, Севастополь имеют огромное цивилизационное и сакральное значение. Так же, как Храмовая гора в Иерусалиме для тех, кто исповедует ислам или иудаизм. Именно так мы и будем к этому относиться отныне и навсегда.
Рассказ Путина о Севастополе как о российском эквиваленте Иерусалима — это уже нечто совершенно новое. Русская православная церковь никогда не считала Крым или Севастополь особо святым местом. Но сейчас этот рассказ используется для дальнейшего узаконивания аннексии Крыма Россией, так же, как и борьба украинских казаков против русских царей в Украине используется в качестве доказательства глубоких корней украинского государства.
Очевидно, многие испытывают дезориентацию, когда слышат что-то совершенно противоположное тому, что в свое время изучали в школе, и также очевидно, что и в первых украинских учебниках истории содержались многие странности, — говорит Адиле.
