— Скоро. И для этого нужно будет совершить еще одну прогулку в прошлое. Прогулка будет еще более интересной, но и более напряженной чем предыдущая. И если вы не будете относиться к происходящему серьезно, то прогулка окажется очень опасной.
— Я никуда не поеду, пока вы мне не расскажете, что значат эти поездки в прошлое. Что это за прошлое? Как это вообще может быть? Это какие-то наркотики? Вы мне что-то колете, да?
— Знаете, Таня, я бы охотно подтвердил ваши догадки относительно наркотиков и галлюцинаций, но, к сожалению, вынужден рассказать правду. Из чисто шкурных соображений, в интересах дела. Ну, и доля гуманизма во мне тоже есть. В общем, я бы не хотел, чтобы вы вели себя в новой поездке расслабленно, как экскурсантка в автобусе. Если вы будет считать, что все происходящее вокруг вас является лишь сном, и что вы обязательно проснетесь живой и здоровой даже после столкновения с монстрами, то может случиться непоправимое. Потому, что вы будете иметь дело не с образами сновидений, а с людьми из плоти и крови, способными повлиять непосредственно на вашу плоть и кровь.
Глеб Сергеевич неожиданно и сильно ущипнул Таню за голое предплечье:
— Больно?
— Ай! Больно, вы что?!
Глеб Сергеевич резко повторил щипок, на этот раз прихватив кожу не только подушечками пальцев, но и ногтем, отчего стало еще больнее.
— Вы что?! Вы сдурели?
— Танюша, я больше не буду. Только одно скажите: вы после первого моего щипка — проснулись? Изменились мои возможности щипать вас после этого первого щипка?
— Сейчас врежу коленом между ног, пощипаете тогда!
— Вот! Именно! Только ваши активные действия! И действия ваших друзей. Того же Михалыча и Андрея, например. Действия, и только действия могут повлиять на тех, кто вам будет угрожать. Та реальность, в которую вы отправитесь, сама не исчезнет в опасный момент. И если в вас будут, например, стрелять, то пули могут нанести такой же вред, как если бы в вас стреляли сегодня, здесь, в двадцать первом веке, в вашей обычной жизни.
— Там будут стрелять?
— В вас — нет. Если будете слушать Михалыча и Андрея, и помнить о реальности происходящего, и не лезть на рожон. Просто будьте осторожны, как если бы переходили улицу с оживленным движением. Ничего страшного, если быть внимательной и понимать, что вокруг все происходит не во сне.
— Ничего себе!
— А что вы думали? Заработать кучу денег, и чтобы совершенно без малейшего риска и без малейшего напряжения?
— Да что, блин, все это значит? Какая реальность?
— Таня, мы с вами совершим сделку. Я вам расскажу очень серьезную тайну. Как только вы ее кому-то перескажете, то автоматически станете на опасный путь. Потому что те, кто услышит от вас информацию, которую я вам сейчас сообщу, если они в нее поверят, и если они ее проверят, вот эти люди постараются от вас избавиться как от опасного свидетеля. Понятно? Поэтому не надо никому об этом рассказывать, договорились? — Глеб Сергеевич ласково, но как-то жутковато заглянул Тане в глаза.
— Да что вы меня сегодня так пугаете… — устало и со страхом сказала Таня. — Не скажу я. Не скажу. Нельзя — и нельзя. Я не скажу. Говорите. Только не врите, я вас очень прошу. Я уже все мозги свихнула, пока думала про этот чертов четырнадцатый год. Хреново — подозревать себя, что я сошла с ума. Может, все-таки не сошла?
— Вы совершенно здоровы, Танюша, — мягко и ободряюще улыбнулся Глеб Сергеевич. Именно поэтому я вам сейчас и расскажу, где же вы были, и что видели.
— Итак, Таня, вам предстоит отправиться в тысяча девятьсот двадцатый год. Именно там лежит ключ ко многим загадкам, разгадав которые, вы и я станем обеспеченными на всю оставшуюся жизнь. Вы спрашиваете, что означает: «отправиться в двадцатый год». Отвечаю. Существует техническая возможность создать точную копию реальности тысяча девятьсот двадцатого и других годов. Ну, вот, как если бы вы скопировали текст в «ворде» или фотографию в «джипеге», или целый фильм со звуком и видеорядом.
— Значит, это виртуальная реальность?
