– У Зайденберга вообще были странные дружки. Впрочем, какие еще могут быть приятели у вора и подонка? – девушка ненадолго замолкла и провела кончиками пальцев по гладкому лбу. – Я видела этого Хафиза всего один раз, но и того достаточно, чтобы понять: человеческая жизнь для него ничто! Пустой звук, понимаете?
– Понимаю. Откуда вы узнали его имя? Как он выглядел?
Элла пренебрежительно качнула головой и невесело рассмеялась. На секунду прикусила розовую губу, потом поглядела Серову прямо в глаза.
– Не думайте, пожалуйста, что я хочу от вас что-то скрыть, но я ведь не сыщик! Хафиз для меня просто неприятный тип, не более того! Мое описание вряд ли вам поможет. Среднего возраста и среднего роста, плотный, темноволосый, без усов, бороды и… очень противный и страшный. А по имени его назвал Зайденберг. Хафиз на него так цикнул, что Лева тут же поджал хвост, как побитая собака.
– Этот Хафиз азиат или кавказец?
– Кто его знает? Я их различаю, только когда они в национальной одежде.
Теперь рассмеялся Сергей.
– Значит, непременно нужно, чтобы одни были в халатах и тюбетейках, а другие – в папахах и с кинжалами?
– Да! Я же вам сказала, что не гожусь в сыщики.
– Как вы думаете, что связывало страшного Хафиза и Зайденберга?
– Ходили слухи, будто Хафиз помогал Леве выбивать долги, – девушка развела руками. – За кулисами вообще много болтают, а теперь все или кредиторы, или должники, и многие озабочены этими проблемами не на шутку. Может быть, это вам хоть чем-то поможет? Я еще слышала, что их познакомил какой-то Гриша из «Самтреста». Лева частенько был под градусом и проболтался о Хафизе и Грише. Наверное, хотел покрасоваться, дойдя, как говорят на Востоке, до стадии павлина, и показать, какой он крутой и значительный мужчина.
– Возможно, – кивнул Серов. – Значит, с Зайденбергом вы больше не встречались?
– Спаси меня Бог от него! – Эльвира перекрестилась и бросила взгляд на часы. – Ой, я уже опаздываю. Вы мне поможете?
– Чем? – удивился Сергей, хотя в душе радовался любой возможности побыть с ней наедине лишнюю минуту.
– Пойдемте! – она легко поднялась, взяла его за руку и провела в смежную комнату, где стоял широкий диван, накрытый красивым покрывалом, а у стены блестело трюмо в резной старинной раме. Девушка села перед ним на пуфик и подала Серову овальное зеркальце с ручкой. – Держите сзади! Мне нужно закончить прическу.
Она сняла косынку, и Серов увидел тщательно завитые и уложенные белокурые локоны, придававшие девичьей головке невыразимую прелесть. Как они были непохожи на темные, тяжелые волосы Лариски! И вообще как отличались молодые женщины, хотя обе прекрасно сложены и красивы. Но красота у них разная: если у Ларисы она вызывающая, яркая, броская, то у Эльвиры более мягкая, нежная, что ли, теплая. И более благородная.
– Держите ровней, – попросила девушка. – Я была с вами откровенной, хотя мне стоило подумать, прежде чем пускаться в откровения перед сыщиком. Или это не опасно?
Сергей поймал в зеркале ее лукавый взгляд: казалось, в глазах Эльвиры прыгали маленькие золотые искры. Или это солнечный луч отразился от зеркала?
До чего же дурманяще пахнут ее духи! Так, что даже слегка кружится голова и сердце начинает бешено колотиться, а в висках словно стучат маленькие молоточки и одна и та же мысль не дает покоя: мы здесь одни, а завтра она уедет, надолго!
Он положил зеркало и обнял Эльвиру, ощутив прикосновение ее упругого теплого тела. Наклонившись, Сергей поцеловал ее в шею и ощутил, как его, словно током, пронзило желание. Эльвира ловко высвободилась из его объятий и встала, повернувшись лицом к нему. Увидев, как пылают ее щеки, он решил, что ему лучше уйти, но она удержала его и сама обняла, легко коснувшись губами его губ.
– Я хочу, чтобы ты был мой… – прошептала она. – Мой навсегда! И только мой!
Сергей нежно поцеловал ее, и Эльвира закрыла глаза, прижавшись к нему всем телом. Он ощупью нашел узел на поясе халата и распустил его, шелковая материя упала к ногам девушки.
«Все слишком быстро, – жадно лаская ее грудь, прикрытую кружевным бельем, подумал Серов. – Слишком! Однако и слишком хорошо, чтобы найти в себе силы отказаться от этого. Будь что будет!»
Он подхватил ее на руки и понес к дивану, более уже не думая ни о чем: все мысли ушли неизвестно куда, остались лишь стучавшие в висках молоточки и всепоглощающая страсть…
– Как же твой концерт? – спросил Сергей, когда они, утомленные долгими бурными ласками, лежали рядом.
– Ты ничего не понял? – засмеялась она, нежно погладив маленькой ладошкой его широкую грудь. – Я все придумала, а прическу сделала специально для тебя, мой милый сыщик. Какой же ты все-таки недогадливый! Мне пришлось все взять в свои руки, поскольку, едва увидев тебя, я твердо решила: мы должны быть вместе!
– А гастроли? Их ты тоже придумала?
– Нет, к сожалению, гастроли правда. Я хочу убежать от своих страхов. Но не волнуйся, я только с тобой переступила запретную черту и умею хранить верность. Я буду скучать без тебя, а ты?
– Я тоже, – вздохнул Серов. – И… когда же ты возвращаешься?
