Неожиданно по лобовому стеклу словно стегнуло тугим жгутом, и оно разлетелось на тысячи мельчайших осколков, как снежной крупой обсыпав водителя и сидевшего рядом Лысого. Он испуганно вздрогнул, открыл глаза и тут же съехал вниз на сиденье, так и не успев ничего понять, – пуля вошла ему точно в середину лба, прошила череп насквозь и на излете застряла в обивке сиденья. Водитель чуть повернул голову, чтобы посмотреть, что это стряслось с Лысым, поэтому свинец клюнул его над левым ухом, разворотив височную кость.
Сидевшим сзади брызнуло в лицо липкой и горячей кровью. Рваный хотел закричать от ужаса, увидев, как у соседа справа вдруг появилась темная дырка в переносье, из которой слабыми пульсирующими толчками потекло что-то розовое, пузырящееся, но не успел – его словно ахнули молотом по голове, разом бросив в бездонную и немую темноту…
Винтовка выплюнула шестую стреляную гильзу – еще теплую, с чуть заметным ободком нагара там, где только что сидела вылетевшая из нее пуля, – а Илья уже выжал сцепление и вдавил педаль акселератора: «ситроен» рванул вперед. Толик ловко извернулся и не упал, а шлепнулся на сиденье, прижав снайперскую винтовку к груди, как любимое дитя. По его губам скользнула самодовольная улыбка:
– Ну как?
– Сработал меньше чем за минуту, – уважительно отозвался Илья и приоткрыл ветровичок, чтобы из салона побыстрее вытянуло кисловатый запах пороха.
Толик разобрал винтовку, спрятал ее в кейс вместе с позвякивавшим нейлоновым гильзоприемником, захлопнул крышку и защелкнул замочки. Закурив, он с удовольствием затянулся и выпустил дым в приоткрытое окно.
– У нас еще Жора, – напомнил Илья. – Ты не поторопился упаковать инструмент?
– Если он вылез из берлоги, Бень его кончит, – лениво ответил Толик. – Хотя бы со страху!
– Или, в назидание другим, нам придется кончить и Жору, и Беня, – мрачно усмехнулся Илья. – Проверь, где Лапа?
Толик взял телефон, набрал номер и, дождавшись ответа, назвал себя. Выслушав, что ему сказали, он сообщил приятелю:
– Жора вместе с Бородой сидят за столиком на веранде «Даугавы». Машину оставили на стоянке у кабака. Никого из их бойцов наблюдение не засекло.
– А откуда им взяться, бойцам-то? – Илья засмеялся. – Они уже на небесах, а трое оставшихся не в счет. Жора сам себя перехитрил, бросив все силы к банку. Сейчас снова мудрит: «Голубая Луна» напротив, и он хочет с верандочки «Даугавы» пронаблюдать, принесут ли ему дань. Звони Духу, нечего тянуть…
«Вот оно!» – вздрогнул Симон, услышав треск телефонного зуммера.
В желудке возник тяжелый, тянущий ком, к горлу подкатила тошнота – Беню стало страшно. Если несколько минут назад предстоящее дело виделось чем-то отдаленным и несколько абстрактным, то теперь все мгновенно приблизилось, приобрело реальные черты и сжало душу, дохнув на нее мертвящим холодом.
Виктор Шамис сидел напротив приятеля, и его лицо казалось синюшно-бледным. Бень затравленно взглянул на Виктора, хотел протянуть руку и взять трубку, но вдруг понял, что не может этого сделать. Бездумно скользнув взглядом по столу, он увидел пачку «Кэмела», и ему внезапно почудилось, что верблюд на коробочке с иронией и нескрываемым презрением глядит на него водянисто-голубым глазом Толика, слегка прищуренным, будто сквозь прорезь прицела. И Симон решился.
– Алло?
У него еще теплилась слабая, призрачная надежда, что звонок не относится к делу, однако ей не суждено было сбыться.
– Ты как там? – бодрым тенорком спросил Толик. Конечно, это звонил он, кому же еще беспокоить их по этому номеру?
– Нормально, – насилу выдавил из себя Симон.
– Небось все подарки напрочь залапали? – хохотнул Толик, и Беня кинуло в жар: как он мог забыть, что на оружии останутся отпечатки пальцев! И его, и Витьки! Им бы, дуракам, хоть перчатки натянуть, что ли, прежде чем хвататься за обрезы. Придется срочно найти две пары перчаток, а оружие и гильзы тщательно протереть. – Ладно, не бойся, – серьезно сказал Толик. – Там все покрыто специальным составом, и отпечатков пальцев не останется.
– А на гильзах?
– И на гильзах.
Но недоверчивый Бень решил все же сделать так, как задумал, – кто знает этих друзей, не пудрят ли они мозги рассказами про специальные составы? А сами тем временем готовят ему и Шамису хитрую западню. О Яхве! Зачем он вообще подписался на разборки с Лапой? Но, с другой стороны, была ли возможность отказаться?
– Ты готов? – буднично спросил Толик.
– В общих чертах, – уклончиво ответил Симон и поинтересовался: – А как клиент? Было обещано, что он никогда не сможет кусаться.
– Он голый, и может прикрыться одним Бородой. Ты меня понял?
– Вполне.
– Тогда двигай к «Даугаве» – вас ждут на открытой веранде, второй столик слева от входа. Постарайся управиться в ближайшие полчаса. И «Эйби» твоя фирма! – Толик отсоединился.
Бень посмотрел на Шамиса. Тот невольно напрягся:
– Уже?
– Да. Немедленно возьми тряпку и как следует протри обрезы и гильзы. И срочно найди две пары перчаток.
– Тут у мэтра есть белые. Подойдут?
– Хрен с ними, давай. За рулем я сам, а ты на заднем сиденье. Жора и Борода сейчас отдыхают на веранде «Даугавы».
