Попытка объяснить ситуацию и ускорить дело доводами «нам бы поскорее, Андрей Владимирович, без этой… волокиты; поскольку собираюсь я в Оршанск на следующей неделе… а «экзамен по Священному писанию я вам и экстерном сдам, потом, вот честное благородное слово!» действия не возымела. Более того, священник сурово насупил кустистые, с проседью брови, и веско изрёк:
— «Ускорить» — это в горзагсе можно, за мзду; а ускорять священные таинства крещения и венчания я не в силах, ибо и крещение, и венчание есть не формальная процедура, а обряд, открывающий чадам путь в царствие небесное, такмо это не «волокита», как ты выразился по недомыслию, а …
Дальше Владимир особенно не вслушивался; понял только одно: тут «по-быстрому» не прошелестишь… придётся того, и срок выдерживать, и изучать и Священное Писание, в тот же день презентованное батюшкой и ему, и экземпляр для Гузели; благо там были интересные моменты, а почитать в оригинале всё как-то руки не доходили, всё больше цитатами, урывками и в различных переложениях…
Ну что, придётся ещё на недельку тормознуться, «сдать попу экзамен», но насчёт «поститься» это уж, Андрей Владимирович, извините, это уж вы, кажется, превышаете полномочия…
Кстати и встреча вечером со священником имела ещё один интересный аспект: батюшка заинтересовался, отчего это у отрока в кровь содраны и залиты йодом костяшки на кулаках?
— … Куда — в камеру? А ну-ка, ну-ка, покажи, сын мой, как ты работаешь… да по воздуху, по тени, так сказать, не смущайся!..
Увидев столь живой интерес, Владимир пожал плечами, и изобразил «двоечку».
— Ещё! Ещё! — потребовал батюшка, а потом вынес вердикт:
— Неплохо, сын мой, токмо ручку-то ты доворачивай, а при довороте плечиком подбородок закрывай — от встречнага! И ручки-то бинтовать надо!
Владимир вспомнил, что сам батюшка-то боксу в прошлом был отнюдь не чужд; и встреча кроме обсуждения технических аспектов крещения и венчания имела положительный результат и в том, что священник с удовольствием поведал «отроку» о нескольких технических нюансах из области бокса, с явным удовольствием вспомнив юность, и навесив, показывая, Владимиру несколько тяжких джебов и хуков по корпусу. Кулак у Отца Андрея, несмотря на возраст и пухлость, был тяжёл и крепок, в чём пришлось убедиться на своём опыте Владимиру. Оно и неудивительно, вон, с топором не расстаётся, целыми днями машет, строительство-то у них в разгаре…
Владимир прошёлся по территории «собора». Поднял среди мусора кованый четырёхгранный старинный гвоздь, с большущей шляпкой, какими крепилась железная листовая обшивка на порушенном сейчас куполе. И ещё раз оценил и толщину церковных стен, и мощь старой кладки, обширность, пусть и порядком запустелых, без окон, хозпостроек, выгодность стратегического положения «собора» на пригорке над деревней… вот только прихожан, общины у попа ну совсем мало, да и то в основном стариканы. А так… хорошее место, да.
— Там это, пацан какой-то пришёл, вас спрашивает! — закончив переливать воду, вдруг сообщил Альберт.
— Какой пацан? Чего сразу не сказал?? — подпрыгнул Вовчик.
Альбертик только презрительно пожал плечами. Вовчик двинулся на выход.
Владимир двинул следом, — ну конечно или Хрон, или кто от него, официоз изображают; если бы кто из соседей, то не в падлу бы было и в дом постучаться, а не вызывать к калитке: уж Артишок никак на большую и грозную сторожевую собаку не тянул. А ничего хорошего в последнее время друзья от Хронова, ровно как и от старосты, да и вообще от любого официоза не ждали. Опять морозцем по позвоночнику тронула мысль, что «выманивают из дома», что вскрылось всё же что-то по тем, по никоновским… покойникам. Хотя вряд ли, конечно; сейчас всем на всё наплевать, но… Мало ли что!
Мимоходом, машинально Владимир подумал, что автомат в предбаннике за низким потолком, там же снаряжённые магазины… хотя, наверное, зря я кипяшую…
Точно, это был только Лёнька, из новообразованной Хроновской «пристяжи», в Озерье недавно, недели полторы; сам с родителями из Равнополья, вроде бы. Пацан, кажись, неплохой; общались так, мельком, только Витьке в рот смотрит и идею с «дружиной», как и весь нынешний озерский молодняк, принявший «на ура». Да что говорить, и друзья-то сами бы очень бы дружину одобрили, благо и идея-то изначально была Вовчикова, если бы не «командир» Хронов.
— Чё тебе, Лёньк? Чё не проходишь? Фу, Артишок, фу!! Гад кудлатый, свои! фу, я сказал!!
Лохматый пёс, закончив изображать грозного сторожа, убрался в будку, обиженно сопя. Лёнька прошёл в ограду.
— Привет, пацаны. Это… Харон послал, передать…
— Кто-о??
— Нууу… Витька. Харон.
— Чё это он «Харон»?
— Позывной типа. Или погоняло. Так себе назначил, хы. Грит, в Мувске все его как Харона знают. Знали, в смысле.
— Нет бы «Хрон».
— Хы. Ну, эта… официально, так сказать, велел передать. Вам. Тебе, Вовчик. Ну и Вовке… — Лёньке, видимо, было наказано изложить «распоряжение» жёстко и сжато, но он постоянно сбивался на дружеский тон:
