Почему-то мы в своё время решили что всё это в далёком прошлом… — думал он, — Что мир изменился. Что можно прожить всю жизнь, и ни разу не выстрелить в человека; да и в вообще не брать в руки оружие. А мир всё тот же. Он просто замаскировался, как надевает любую, пусть и весёлую маску для сокрытия лица убийца. А мы думали, это его подлинное лицо: демократия и гуманизм, изобилие разнообразной еды и понятные, «справедливые» правила игры; правоохранители и Суд по Правам Человека… Этому вот, капитану, сказал бы кто в его время, что его потомки будут больше уповать на «законные права» нежели на возможность эти свои права жёстко отстаивать, хотя бы и с оружием в руках. Те же Кристина. Инна. Альбертик. Девчонки из шоу. Впрочем, это не его потомки. Его потомок, родственник, Пётр Иванович, наверняка и помнит, и знает… и потому вон, своё ружьё никому не сдал, и не сдаст наверняка…
— А?.. Вы мне, Пётр Иванович?.. — оторвался от своих размышлений Владимир, — Насчёт людей-то?.. Мы говорили на эту тему с профессором… Что сказать… — он постарался сформулировать мысль, но получилось как-то «наукообразно»:
— Пока не видно социальной группы способную оказать активное систематическое сопротивление будущему Хаосу. Думаю, тут могут сработать законы диалектики. Собственно культура, это именно то что делает нас людьми. Ибо без воспитания в надлежащей культурной среде вырастают только маугли и их судьба печальна.
— Ну-ну? Культура?
— Да. Просто то, что в последнее время сходило в мире за «культуру» ею отнюдь не являлось. Попса… Маркетинг. Реклама бездумного образа жизни и потребления. Отсутствие воспитания как такового; только что привитие неких навыков удобства общежития. Не ударь, не обидь; если обидели тебя — обратись в соответствующие органы, они этим должны заниматься, ты сам не смей… Так не всегда ведь было, и так не должно быть. Это пройдёт. Приходят жестокие времена. Собственно уже пришли — судя по событиям последних месяцев. Сейчас главное — выжить. Любой ценой. И не беда, если цена эта будет высока. Потом… потом, через время, бывшая жестокость нивелируется. С помощью да той же культуры, да. Культура же перекрашивает действительность, первые феодалы садисты-бандиты через 200 лет воспеваются как благородные рыцари… Переделка действительности — выгодный бизнес… Строятся модели поведения и измышливаются понятия, ступень за ступенью удаляющая нас от шимпанзе…
Вадим наконец хлопнул ладонью по столу:
— Это какой-то культурологический диспут, а не разговор по существу!
Владимир замолчал. Действительно, не время… Что на меня нашло? Нашёл тоже аудиторию для теоретических изысканий… Пётр Иванович тоже согласно покивал седой головой:
— Да, да… Надо о текущих делах думать, увы. Заболтал я вас, простите старика. Насчёт «как дальше»?.. Ну что ж, Владимир по своему прав: если назревает конфронтация, то нужно объединяться. И не только духовно. Поскольку, действительно, ситуация располагает. Вот вчера… Пришлось ружьём пригрозить одному сорванцу, что пришёл тут у меня требовать… «налог самоназначенный», никем не принятый, нигде не озвученный. Хроновым то есть назначенный. Это уже грабежами пахнет. Погромами. Ушёл он, да. Но пригрозил, что вернётся, и не один. Дааа…
Старик побарабанил по столу крепкими узловатыми пальцами, с ногтями жёлтыми от табака.
— И что приезжие в округе рыщут тоже не мелочь. Лето они могли на грибах и ягодах, на запасах ещё с города перебиться, да на попрошайничестве и мелком воровстве по огородам. А по осени и ближе к зиме они будут вынуждены что-то предпринимать…
— Радикальное! — подсказал Владимир.
— … да, предпринять что-то радикальное. Например, захватить какое-нибудь обжитое строение и в нём обосноваться. А как вы думаете?? Кто ж в своём уме будет в зимнем лесу жить? Опять же запасы, топливо.
— Надо было этих чурок ещё в самом начале депортировать! — тут согласился с ним Вадим, — К ним в Чуркестан, на родину, бля. Или в лагеря. Но ни в коем случае не распускать эту толпу! А теперь они нам добавочный геморрой. Но раз Витька «власть», то пусть он ими и занимается! А мы посмотрим…
— Да вот хотя бы… — старик тем временем встал и прошёл в угол, где стоял небольшой импортный телевизор, а на нём транзисторный радиоприёмник на батарейках. Включил радио. — Как пример. Второй день ведь из Оршанска разоряются…
Эти передачи, действительно, шли постоянно; но последние несколько дней их интенсивность заметно выросла. Вперебивку с весёлой, заводной, призванной привлекать аудиторию музычкой шли настойчивые, читаемые очень убедительно дикторами тексты, что только Региональная Администрация, только она может «спасти ситуацию», что только в Региональной Администрации знают что делать, что только её нужно поддерживать, там самые знающие специалисты, самые честные люди… Собственно, слушали они с Вовчиком весь этот бред время от времени чисто для того, чтобы чувствовать откуда ветер дует, да из-за крупинок сторонней информации, иногда вклинивавшейся в официоз.
