— Это было больше тридцати лет назад, — сказал Хараган. — Тогда Марчес Первый пересек пролив, захватил Эртуз и Корханес. Он прогнал гоблинов, троллей и орков из Шамы.
Вот тебе на. А люди здесь жили?
— Люди, жившие здесь, поначалу, конечно, обрадовались, — продолжал казарб. — Но со временем поняли, что Империя только называется Благоденствия, а на самом деле, это Империя Зла.
— Стоп, Хараган, — прервал эту политинформацию я. — Не говори за людей. Откуда тебе знать? Давай про гоблинов и ваш с ними сговор. Мне интересно, какая версия у них насчет того, что случилось полгода назад?
— Ну вы напали на их деревни и поселки на правом берегу Басдоривы, чтобы прогнать гоблинов еще дальше, за реку, — ответил он. — Ты же был там.
Откуда ему известно? Ладно, не так уж важно. Что насчет того сражения, в котором меня подстрелили отравленной стрелой?
— И что дальше? — спросил я. — Вы отправили подмогу?
— Не регулярные войска, а добровольцев с южных степей. Но князь Баруноми считал, что этого будет достаточно. Мы ошиблись и вы разгромили то войско гоблинов и наше ополчение. Правда, говорили, что и у вас большие потери. До нас дошли слухи, что даже ты убит.
Получается, тот «сброд наемников» в количестве ста тысяч, был добровольным ополчением степняков? Марвин, понятно, передал то, что командиры сказали.
А про меня и в далекой степи ходит слава. «Даже ты».
Как интересно. Риффен и Юстиг ничего мне не говорили, да я и не спрашивал, а Фреха раньше обо мне ничего не знала, по ее словам.
Нет, Фрехе я верю. Да и Риффен — мужик правильный. А с Юстига и нечего требовать. Ему приказали, он воюет. Он же солдат.
Но сама концепция этой войны под новым углом смотрелась кривовато.
— Слушай, Хараган, — сказал я. — Это все понятно. Но ты объясни мне, почему вы пришли двадцати тысячной армией, если знали, что корпус Юстига разгромил сто пятидесяти тысячное войско до этого?
Казарб снова начал ворочать свои мысли и даже брови сморщил. Дело дошло до военной тайны и государственных секретов, которые он выдавать не хотел.
Впрочем, ответ я и так знал. Ничего сложного. Где-то на подходе большая армия казарбов. А это передовое войско прибыло, чтобы связать Корханес и вызвать на себя оставшиеся от корпуса Юстига тысячи. Наверняка они в курсе всего, благодаря гоблинской разведке.
И главное — они полагали, что профессиональная армия с двумя тысячами арбалетов должна справиться.
Хараган так и не ответил. Он анализировал, что лишнего уже сказал, а может быть, завис из-за того, что не мог понять, почему я не знаю элементарных вещей.
Гоблины попробовали защититься с помощью военной силы, но у них ничего не вышло. Потом решили применить запрещенные в этом мире методы и нарвались на Хильду, которая помогает Фрехе и мне заодно. Тогда гоблины поняли, что пора сваливать и ушли за реку. Сидят там в надежде, что казарбы все-таки смогут победить.
Что из всего этого следовало?
В первую очередь, надо помириться с гоблинами. Тогда и казарбы, возможно, успокоятся.
Нужно выслушать точку зрения Риффена. Раз уж мы решили отделиться и стать независимыми от Империи, пора вести собственную внешнюю политику.
— Хараган, хорошо. Посиди, подумай, — сказал я. — Не уходи никуда, я скоро вернусь.
Нацепил ему на голову мешок, забрал кочергу и закрыл решетку на оба замка.
Люк сидел на крыльце.
— Фреха не появлялась, — доложил он.
— Иди спать, Люк, — велел я. — С утра пораньше много дел.
Поднялся наверх и зашел в кабинет. Риффен и Юстиг мирно беседовали.
— Кранц, я как раз собирался послать за тобой, — воскликнул наместник. — Мы с Юстигом все обговорили и теперь действуем сообща. Но пока у нас не будет десяти тысяч арбалетов, нам нужно потянуть время. Вот что мы решили.
Я подсел к столу и Юстиг по-отечески похлопал меня по плечу.
— Ты очень резко поумнел, Крысобой, — сказал он. — Я бы до такого никогда не додумался и сейчас поехал бы в эту дворцовую стражу, считай что на пенсию.
— На пенсию тебе рано, Юстиг, — улыбнулся Риффен. — Поедешь на север к границе с пятью тысячами своих войск и с тысячей Катона.
Он повернулся ко мне, подмигнул и объяснил:
— Это те, кто якобы погиб в сражении.
Вот это грамотное решение. И границу как раз надо закрыть.
— Остальные займутся расчисткой на поле. Для Катона это подходящее задание. Хорошо, что есть куда казарбов захоронить, крестьяне как раз большую братскую могилу выкопали для них, — Риффен усмехнулся. — А ты, Кранц, с утра заберешь людей в помощь троллю и поезжай, ускорить надо изготовление арбалетов. Потом сразу те, кто здесь останутся из корпуса Юстига, поступают под твое командование. Сам и закроешь перевал.
Отличный план, мне нравится. Своей сотне тоже место присмотрю — поближе к Трогеру и перевалу.
Риффен четко мыслит, как всегда. Но у меня появились вопросы после беседы с Хараганом.
— Сразу после того, как ты займешь перевал, — продолжал Риффен. — Я откажусь от статуса наместника и объявлю о независимости Корханеса. Так всю провинцию и будем называть, то есть теперь уже и не провинцию. Название придумать надо для нашей земли.
