Тармаэл сделал еще одно резкое движение и на шее землянина защелкнулся ошейник. Инопланетянин чуть ли не волоком вытащил спотыкающегося парня из круга. Тармаэлы выходили по одному и уводили тех, кто отвечал им “Да, мой господин”. Тот, кто мешкал больше пяти секунд, немедленно лишался головы. Макс Рогов послал тармаэла, куда подальше. Инопланетянин со все тем же бесстрастным выражением на фарфоровом лице, схватил Макса когтями за шею и медленно по частям скрошил его тело в кровавую капусту. Редж почувствовал, как к горлу подкатывает спазм, перекидывается на челюсти, сводя их судорогой. Все - конец - за положенные пять секунд он ответить не успеет. Этот тармаэл, слава богу, прошел мимо. Почему-то именно сейчас остро захотелось жить. Редж не боялся смерти, когда шел в бой с громадными монстрами и мерзкими ядовитыми тварями, не боялся ее и пока эти длинноволосые бестии рубили их, стягивая кольцо, а сейчас внутренности скрутило страхом. И как в детстве, когда от быстрого ответа зависело что-нибудь важное, рот отказывался ему повиноваться. А сейчас на кону стояла жизнь, и спазм был такой силы, что ему зубы было не разомкнуть. Редж матерился про себя и не знал, стоит ли молиться, чтобы его так и не выбрали. Что будет с остальными? Почему-то Редж был уверен, что не заинтересовавших никого землян просто убьют. Возможно, это было бы лучшим выходом, учитывая какая дикость тут происходит, но почему-то отчаянно хотелось жить. Редж вздрогнул, вдруг осознав, что перед ним стоит тармаэл. Высокий и тонкий, как фарфоровая статуэтка, ниже плеч спадают прямые светлые волосы, подколотые у висков шпильками с синими сапфирами, и глаза, яркие и холодные, такого же цвета. Реджа до печенок пробрал этот взгляд, он как загипнотизированный уставился в две небесно-синие льдинки под дымкой светлых ресниц. Твердая линия губ разомкнулась.
- Ты признаешь меня своим господином? - голос тихий и холодный, такой же, как шелест шелковых рукавов, когда смертоносный клинок сносит голову неответившему.
Редж титаническим усилием попытался раскрыть непослушные челюсти. “Ну же, мать твою! Не сейчас! Ты же сдохнешь, заика хренов!” Пять секунд пролетели, а по лицу землянина только гримаса прокатилась, но тармаэл почему-то не спешил сносить ему голову. Медленно, как во сне, синеглазый начал поднимать меч. Редж беспомощно смотрел, как изящные пальцы с длинными перламутровыми когтями сжимают рукоять острого, как бритва клинка. Из горла землянина сквозь сомкнутые в судороге губы вырвались какие-то невразумительные звуки. Редж подумал, что надо бы зажмуриться, но неотрывно пялился в синие глаза. Тармаэл вдруг опустил меч.
- Если не можешь сказать, поцелуй мне ноги, - велел он.
“Твою-то мать, че творится!” - подумал Редж, быстро сгибаясь пополам. Он ткнулся носом в мягкую кожу белых сапог, которая, кстати сказать, была на порядок чище, чем его собственные бутсы.
“Они по воздуху что ли летают? И на тряпках своих светлых ни пятнышка!” - снова изумился Редж. На его шее защелкнулся ошейник, и землянина рывком поставили на ноги, заставив захрипеть и схватиться за горло. Новоявленный господин потащил его к кругу тармаэлов, те расступались, давая пройти, и снова смыкали кольцо.
Вдруг дыхание выбило из груди, в глазах потемнело, в ушах завыл невидимый ветер. Когда землянин проморгался, оказалось, что они находятся в помещении с высоким потолком и полом, выложенным керамической плиткой. Редж начал изумленно оглядываться - на стенах вышитые полотна, из высоких окон льется яркий свет.
- На меня смотреть! - Реджу отвесили оплеуху, когти больно задели по уху, он, задохнувшись от неожиданности, уставился на тармаэла. - Ты немой?
- Н-нет… з-за-заикаюсь, к-когда надо быстро ответить, - конец фразы он договорил уже почти нормально.
- Понятно. Раздевайся.
- Зачем? - опешил землянин.
Когти полоснули по щеке, кожу словно электрическим разрядом обожгло.
- Я не разрешал тебе задавать вопросов, раб.
- Ничессе! - Редж прижал руку к окровавленной щеке и ему тут же располосовали вторую. На землянина посыпались размеренные удары, и они были гораздо болезненней, чем можно было нанести оплеухой, даже с когтями. Этот гад, похоже, задевал болевые точки или даже как-то активировал новые. Редж закрыл лицо руками и пригнулся. Когти впились в основание шеи, породив просто адскую боль, перед глазами заплясали красные пятна, землянин упал на колени, но и это не спасло, тармаэл впился еще сильнее.
- Все-все, прости меня! Я подчиняюсь! Ох, черт, ну прекрати! Ну, пожалуйста!
- Как ко мне нужно обращаться, раб? - невозмутимо поинтересовался тармаэл, ввинчивая когти, казалось, уже в позвоночник.
- Йо мое… господин! Прости, мой господин…
Реджа, наконец, отпустили. Он, морщась, потер шею - плечо ломило, рука онемела и плохо слушалась. “Да что тут, твою мать, происходит?! Разве так с военнопленными обращаются?” Синеглазый схватил его за волосы, и землянин почувствовал, что серьезно рискует скальпа лишиться - Редж быстро и с максимально покорным выражением задрал голову.
- Прости, господин, - повторил он на всякий случай.
