Ксеродерма полностью

Что такое фонограмма? Это когда ты кричишь и раскаиваешься так, словно тебе девяносто и до смерти остались считанные часы, и ты понимаешь всю тяжесть содеянного в уже прошедшей жизни. Кто такой умный зритель? Тот, кто верит, страдает, плачет вместе с вами и искренне вам аплодирует. Кто такой умный доктор? Сие во все времена была тайна великая.

Грехи — они всегда не вовремя, а горе и беда, как привидения, появляются ниоткуда и бросаются с разбега на нашу голову. Она сказала, что страдает физически и душевно, и, что больше так не будет. Она сказала, что ей стыдно, она сказала, что уже несколько часов мечется в поисках утешения, она сказала, она говорила искренне и очень много. Я понял. Я верил. Я сочувствовал. Я переживал.

— Ваши страдания без боли — все равно, что указ президента без подписи. Я вижу только факсимиле.

Раскаяние в молодости — быстрый полёт мысли, в старости — топтание рассудка. Несмотря на возраст, летать она была явно не в силах, а горючего в баках осталось только на посадку.

— Извините, прошу вас, извините, меня, кажется, сейчас вырвет и затем станет значительно легче, как говориться была сука внутри, да вырвалась наружу.

— Рвота и кровопускание во все времена приводили к облегчению, а рвота, вызванная общением с таким доктором, как я, вдвойне приятна и здорово укрепляет душу, тело и в особенности головной мозг. Вы можете не обращать на меня ни малейшего внимания, чувствуйте себя как дома. Позвольте предложить вам урну, со вчерашнего дня ею никто не пользовался.

Она метнулась к урне, задрала очень высоко юбку, стала на колени, и из нее вырвалась первая порция. Судя по удару по стенкам принимающей стороны, это были не мозги. Если честно, мне нравится, когда женщины приходят к доктору или просто к мужчине в чулках, а не в натянутых до уровня груди колготках. Второй порыв сопровождался громким стоном и очередным ударом. Нет, решительно и однозначно, это точно не мозги, в противном случае она бы уже тронулась умом. Подобные сцены мне приходилось видеть в фильмах определенного рода, когда женщины, находясь в этаком положении, буквально лишались рассудка.

Вот в этом и заключается восхитительный и тонкий романтизм жизни.

Не имеет значения, какую форму имеет ваша голова, и какова ценность её содержимого, в некоторых случаях содержимое желудка заставляет-таки убедиться в необходимости этой самой головы и её важности во многих жизненных процессах. От понимания этого у меня возник острый мысленный зуд в районе правой паховой складки.

— Кстати, у вас большая квартира? Вы живете одна или с мамой, может быть, у вас имеется домоуправительница, которая следит за чистотой в доме, будит по утрам, приносит кофе в постель, а самое главное — хорошо готовит. У меня отменный аппетит. А, кстати, что у вас было на завтрак?

Задранная юбка до края чулок — это эротика, если выше, то надо подумать, о чём женщина хочет сказать в настоящий момент.

И совершенно необязательно смотреть на женские страдания сверху. В конце концов, кабинет мой, кресло тоже. Занимайте места согласно купленным билетам. Стоило только мне присесть, как она начала молча сплевывать и вертеть головой, как телёнок у своего корыта, позы, однако, не изменила и уже не мычала. Не знаю, как кому это нравится. Если со мной, то можно и молча.

Когда я начинаю размышлять о греховности других, я не вольно думаю о своей великой внутренней красоте и гармонии.

Завтра нужно не забыть спросить, на работу она тоже ходит в таких чулках или затягивается в колготки до линии мечевидного отростка? Картина сзади впечатляла. Стояла она, несмотря на страдание, крепко. Может, живот осмотреть? Почему рвота? Такой холёный зад — и вдруг рвота. Как бы худого не пропустить, а то потом будешь всю жизнь себя терзать и обвинять в халатности.

— Извините, что приходиться повторяться, но какой площади ваша квартира, и сколько в ней комнат? Не поймите меня превратно, будто доктор воспользовался вашей временной слабостью и немощностью своей пациентки, мне просто интересно. Она попыталась сплюнуть ещё раз, но, видимо, было уже нечем. Этот малозначащий для современной медицины симптом в очередной раз послужил блестящим доказательством моей теории, что голова — орган не безразмерный, много в неё не засунешь. Она, не меняя позы, повернулась ко мне лицом. Возможно, эротика, возможно, извращение. Оставаться в кресле или необходимо встать?