У женщин были серебряные кольца в носу и длинные узкие полуплатья, расширяющиеся книзу, – их называли юбками. Они носили также блузы без рукавов, открывавшие руки и плечи. Большинство женских юбок, блузок и платков были кричащих цветов и рисунков. Мужчины носили столь же яркие штаны по фигуре и узкие кафтаны.
Пробродив около часа, мы очутились на центральном базаре. Хотя было уже больше десяти вечера, там было людно.
Банза – город океке, живущий за счет искусств и культуры. Он не такой старый, как Джвахир. Раны Банзы были еще свежи. С годами этот город научился создавать хорошее из плохого. Основатели Банзы воплотили свою боль в искусстве, производство и торговля которым стали основой городской культуры.
– Этот город когда-нибудь спит? – спросила Луйю.
– Их умам нет покоя, – сказала я.
– Похоже, тут все сумасшедшие, – сказал Мвита.
Мы стали спрашивать о Дити и Бинте. Ну, спрашивали Фанази и Луйю. Мы с Мвитой стояли сзади, стараясь не показывать лиц.
– Очень хорошенькие, одеты как святые женщины? – переспросил у Фанази один мужчина. – Я их видел. Они где-то поблизости.
– Глупые девчонки, – сказала женщина и рассмеялась. – Они купили у меня пальмового вина. За ними шли около десяти мужчин.
Судя по всему, у Дити с Бинтой было все хорошо. Мы купили хлеба, специй, мыла и сушеного мяса. Я попросила Луйю купить мешочек соли.
– Зачем? У нас ее полно.
– Для верблюдов, если они еще там.
– Это вряд ли, – закатила глаза Луйю.
– Я знаю.
Потом я заставила Луйю купить два пучка горьких листьев. Верблюды любят горькое и соленое. Фанази по просьбе Мвиты купил мне синюю рапу. А Дити – зубочистку из кости какого-то животного. Луйю купила нечто, от чего у меня мурашки побежали по спине. Когда я подошла, она как раз заканчивала торговаться со старухой, предлагавшей маленькие серебряные вещицы. Их у нее была целая корзина.
– Я уступаю его тебе за эту цену только потому, что ты мне понравилась.
– Спасибо, – улыбнулась Луйю.
– Ты ведь не отсюда?
– Нет. Я издалека, с востока. Из Джвахира.
Женщина кивнула.
– Я слышала, там красиво. Но на вас на всех столько намотано.
Луйю рассмеялась.
– Ты умеешь включать наладонник?
Луйю помотала головой.
– Нет. Покажи, пожалуйста.
Я наблюдала, как старуха учит ее проигрывать на наладоннике аудиозапись Великой книги и смотреть погоду. Но когда она нажала кнопку внизу и выскочил объектив камеры, я не смогла промолчать:
– Луйю, зачем ты это покупаешь?
– Минутку, – сказала она, погладив меня по щеке.
Старуха недоверчиво зыркнула на меня.
– Вы не видели двух девушек, одетых как мы? – быстро спросила Луйю.
Глаза старухи задержались на мне подольше.
– Она с тобой? – кивнула она в мою сторону.
– Да, – Луйю улыбнулась мне. – Это моя самая близкая подруга.
Женщина помрачнела.
– Я помолюсь за вас Ани. За вас обеих. Насчет нее не знаю, но ты, похоже, хорошая, чистая девочка.
– Прошу вас, – не сдавалась Луйю. – Где вы видели этих девушек?
– Я могла бы догадаться. Они притягивают мужчин, как магнит, – она покосилась на меня с таким видом, будто хотела сплюнуть. Я не отвела взгляд. – Проверьте в таверне «Белое облако».
– Старуха могла бы быть и поумнее, – проворчала я Луйю, когда мы с ней шли за Фанази и Мвитой мимо базарных шатров в сторону небольшого здания, внутри которого горел свет.
– Забей на нее, – сказала Луйю, вынимая свой наладонник. – Смотри сюда.
Она нажала кнопку сбоку, и он мелодично запищал. Луйю перевернула его, и внизу сдвинулась маленькая заслонка, открыв экран.
– Карта, – сказала Луйю. Прибор снова пискнул. – Гляди.
Она поднесла его к руке, и на ладони появилось белое изображение. Когда Луйю двигалась, оно поворачивалось, сохраняя верное положение. Если карта точна – а я думала, что да, – тогда она гораздо детальнее той, что была у Мвиты.
– Видишь оранжевую линию? Та тетка его запрограммировала, чтобы карта показывала путь из Джвахира строго по прямой на запад. Мы отклонились мили на три. А вот это видишь? Если нажать эту кнопку, он нас будет отслеживать. И запищит, если мы слишком сильно отклонимся от курса.
Линия упиралась в Королевство Семи рек рядом с городом, стоящим на Пятой реке, который назывался Дурфа. Я нахмурилась. Оттуда недалеко до родной деревни моей мамы. Знала ли она, что идет прямо на восток?
– Как ты думаешь, кто сделал эту карту?
– Та женщина не знает, – пожала плечами Луйю.
– Ну, надеюсь, что не нуру, – сказала я. – Ты представь, если у них будет подробная карта стольких поселений океке?
– Они никогда не уйдут далеко от своих драгоценных рек, – ответила Луйю. – Даже для того, чтобы порабощать, насиловать и убивать океке.
Я не была бы так уверена.
