– О нет, не я ей скажу. Ты сама скажешь. Луйю, мы тут почти что сидим друг у друга на голове. Фанази разговаривает с Мвитой. Если Мвита не знает, то скоро узнает. Или вас застанут Дити или Бинта. А что, если ты забеременеешь? Тут у нас только двое мужчин, способных стать отцами.
Мы посмотрели друг на друга и расхохотались.
– Как мы до такого дошли? – спросила я, когда мы смогли взять себя в руки.
– Не знаю. Онье, он чудесный. Может, это потому, что я стала старше, но ох, что он со мной делает.
– Луйю, послушай, что ты говоришь. Это муж Дити.
Она щелкнула языком и закатила глаза. Той ночью, проснувшись ненадолго, я услышала, что Луйю прокралась в палатку Фанази. Вскоре они снова занялись тем же самым. Это не могло закончиться хорошо.
Мы подошли к очередному городу и решили зайти пополнить запасы.
– Папа Ши? Что еще за название? – спросила Луйю.
Она стояла слишком близко к Фанази. Или, может, Фанази стоял слишком близко к ней. В последние дни он не отходил от нее дальше нескольких шагов. Они стали беспечными.
– Я помню этот город – сказал Мвита.
По его виду было понятно, что воспоминания не лучшие. Он посмотрел на карту Луйю – она поднесла наладонник к руке.
– Недалеко отсюда начинается Королевство Семи рек. Это один из последних городов, где… где к океке отнесутся спокойно.
Невдалеке от нас в тот же город шел караван. Несколько раз за день мы слышали моторы скутеров. Один раз верблюды не на шутку взволновались – рычали и трясли пыльными гривами. В последнее время они вели себя странно. Накануне ночью они нас разбудили – принялись рычать друг на друга. Они оставались лежать, но было видно, что сердятся. Они спорили. Когда мы приблизились к городу, они отказались идти дальше. Когда мы отправились на базар, пришлось оставить их за милю.
– Давайте поторопимся, – сказала я, натягивая на голову покрывало. Мвита сделал то же самое.
На людях была одежда всевозможных фасонов. Я расслышала несколько диалектов: сайпо, океке и, да, даже нуру. Нуру было немного, но их оказалось достаточно. Я не могла отвести взгляда от их прямых черных волос, желто-коричневой кожи и узких носов. У них не было ни веснушек, ни толстых губ, ни глаз странного цвета, как у нас с Мвитой. Я была в замешательстве. Не представляла, что нуру мирно ходят среди свободных океке.
– Эти люди – нуру? – спросила Бинта слишком громко.
Женщина с мальчиком-подростком покосились на нее, скривились и отошли. Луйю ткнула Бинту локтем.
– Ну как тебе? – спросил Мвита, нагнувшись к моему уху.
– Давайте возьмем то, за чем пришли, и пойдем отсюда, – сказала я. – Вон те мужчины на меня смотрят.
– Я вижу. Держись рядом.
Мы с Мвитой оба привлекали внимание.
Кулек тыквенных семечек, хлеб, соль, бутылка пальмового вина, новое металлическое ведро – мы успели купить почти все, что нужно, до того, как начались неприятности. Вокруг было много пришлых, так что дело было не в нашей одежде и не в манере речи. А в том, в чем всегда. Мы приценивались к вяленому мясу, когда сзади раздался дикий вопль. Мвита инстинктивно прижал к себе меня и Луйю, стоявшую по другую сторону.
– Ээээээвуууу, – прокричал мужчина-океке низким зычным голосом. – Эээээвууууу!
Его голос неестественно завибрировал у меня в голове. На нем были черные штаны и длинный черный кафтан. В густые и длинные волосы-дада были воткнуты коричневые и белые орлиные перья. Темная кожа блестела от пота или масла. Люди вокруг него расступались.
– Пропустите его, – сказал кто-то.
– Дорогу! – крикнула женщина.
Ты знаешь, что было потом. Знаешь, потому что слышал, как я упоминала похожий случай. От него у меня на лбу остался шрам. Было ли это в том же городе? Нет, но могло бы быть. Немногое изменилось с тех пор, как маме пришлось убегать со мной на руках от толпы, швырявшей камни. Не знаю, в какой момент камни полетели в нас с Мвитой. Я слишком ушла в себя, разглядывая дикаря, который мог заставить свой голос звучать в моей голове. Камень ударил меня в грудь. Я направила весь ответный гнев на этого человека, этого знахаря, которому хватило наглости не признать настоящую колдунью. Я атаковала его так же, как много лет назад налетела на Аро. Рвала и терзала. Я слышала, как толпа ахнула, а кто-то закричал. Мое внимание сосредоточилось на том, кто все это начал. Он не понимал, что с ним происходит, ведь он не знал Тайных сущностей. Он не знал ничего, кроме детских заклинаний и простых фокусов. Мвита разделался бы с ним одной левой.
– Что вы делаете?! – услышала я крик Бинты.
Это привело меня в чувство. Я упала на колени.
– Вы знаете, кто она такая? – заорала Бинта толпе.
Знахарь рухнул наземь. Женщина рядом с ним завизжала.
– Они убили нашего жреца! – крикнул мужчина, брызгая слюной.
