Даю ему несколько минут, всё ещё оставаясь в такой двусмысленной позе, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию… Конечно же после недавнего разговора о брате будет несложно догадаться, что в моих действиях он увидит тонкий (хотя скорее наоборот — открытый) намек и, возможно, я скоро буду ходить с отличным фиолетовом фингалом под глазом, все же его рост и телосложение далеко не ботанического начала.
На самом деле я и сам бы расценил это, как угрозу ориентации. Нет, ну, а что, разве не так? Два парня, одни дома, у одного покореженная с детства психика выходкой своего старшего брата, и кто даст гарантию, что это не отразится на судьбе бедного, обиженного судьбой мальчишки? «Эх, что-то я загнул и потихоньку ушел не в те кусты».
Пока я отчаянно сражался со своим интеллектом, который, скотина этакая, не давал мне покоя, руки парня, что еще недавно стоял без каких-либо действий, легли мне на талию, резко прижимая меня к себе.
— Попался, — слышу шепот над ухом и сбивчивое дыхание Кирилла. — Тебя так просто задеть, — не унимается он, а я даже не понимаю, о чем идет речь. — Пара фраз и я втерся тебе в доверие, два слова и ты буквально встаешь на дыбы, стараясь показаться искусным рифмоплетом, который способен выкрутиться из любой ситуации, — свободной рукой проводит по моим волосам и вдруг резко, с силой тянет их вниз, заставляя посмотреть ему в глаза. — Вот только ты просчитался, малыш, — в этом кофейном море вдруг зажегся огонек, и я, будто собственными глазами, разглядел в нём беснующихся чертят. — Не. На. Того. Напал, — снова этот трюк, снова эти обрывистые фразы, вот только теперь не ноги сокращают расстояние между нами, а его искаженные в ухмылке губы.
«Раз уж начал, иди до конца», — бросает мне вызов мой собственный разум, заставляя не только не отпрыгнуть от него в ту же секунду, но и, нацепив на свое лицо то же беспечное выражение с присущей ему игривостью, податься вперед.
Наши губы встретились и первым, что я ощутил на своих, были его зубы. Поцелуй был чем-то похож на животный, как будто мы не знали, что во время этого процесса зубы нужно, или хотя бы можно, убрать, будто бы нарочно пуская их в ход. Конечно же, после такого яростного вторжения на мою территорию, я просто не мог не почувствовать его язык, что во всю свою длину старался разместиться в моём рту, занимая самую выгодную позицию. «Так не пойдёт», подталкивает сознание, заставляя перехватывать инициативу поцелуя на себя и в то же время, как бы случайно, отрываясь на его нижней губе, с силой сжимая на ней свои зубы.
Бог знает, до чего могла дойти эта перепалка, в которой никто никому не хотел уступать, стараясь казаться выше на голову, а то и на две сразу своего противника… Но резко закончившийся запас кислорода, объявил временное перемирие, после чего мы оба отошли друг от друга на нейтральную территорию.
— Это война, — вытирая рукавом свои губы, бросил я вызов растрепанному парню.
— Война, — в подтверждение моих слов гадко ухмыляется, демонстративно слизывая густые капли крови со своих губ влажным розовым язычком.
========== Глава 19. ==========
POV Егор
Перемирие затянулось на довольно долгий промежуток времени, ибо моя мама вернулась с работы почти в то же время, когда мы перекочевали в мою комнату для дальнейших разборок. А они обещали быть жестокими… После этого странного животного поцелуя мы попросту начали драться и, что самое странное, я начал не первый. Когда я хотел было мирно покинуть территорию кухни, эта падла подставила мне подножку, из-за чего я шмякнулся прямо на свою собаку, которая с полуобиженным визгом распласталась вместе со мной на полу.
— Получи, фашист, гранату, — крикнул он, перебегая меня, но разве это возможно сделать, когда моё лицо просто заливала демоническая краска?
Дождавшись удобного момента, когда его нога проскользнет перед моим носом, я вцепился в нее обеими руками, после чего Кирилл на всем своем лошадином скаку чуть не врезался в косяк двери, его лишь спасла быстрая (фиг знает откуда взявшаяся) реакция, благодаря которой он увернулся и с грохотом упал на спину. Собака взвыла во второй раз!
Маме, чтобы застать эту картину, не хватило буквально двух минут. К тому времени, когда она собиралась вставить ключи в замочную скважину, мы уже оба стояли на ногах/лапах (нужное подчеркнуть) в боевой позе.
Услышав повороты ключа, мы мигом передислоцировались: я — на свой стул, Кирилл — на мой диван, а Фрося — на пол — и сделали вид, что каждый занят своим делом (прим. автора: пацаны вылизываются, Фрося читает). Кирилл сразу же разложил на диване вещи, что достал из своего портфеля, и, передав мне лишь пару листов, которые были в нормальном виде, уселся читать какую-то из своих книг.
