– Прошу прощения! – отчаянно кричу я, и стекло замирает, оставляя небольшой проем, через который можно говорить. – Отвезите меня в «Голдгерст-парк»! Это очень срочно!
Худой, сутулый водитель лет пятидесяти поглаживает свои просторные нейлоновые брюки желтыми от никотина пальцами и качает головой.
– Вызовов под завязку, – объясняет он, подняв голову. Я едва вижу движения его губ. – С самого полудня. Первая вечерняя волна в пабы и рестораны. Можете позвонить в диспетчерскую, но у них вряд ли что найдется до половины девятого.
– Я заплачу два счетчика.
Он не реагирует, а лишь тянется к бардачку и достает оттуда карточку:
– Поеду, куда сказано. Я же говорил, звоните в диспетчерскую.
Я с жалким видом выпрямляюсь:
– Спасибо, но у меня нет с собой телефона, а половина девятого – это слишком поздно.
Водитель пожимает плечами, потом поднимает стекло, включает правый поворот и уезжает. Я с испугом смотрю, как машина исчезает вдалеке. Что же мне теперь делать?
– Извините, пожалуйста!
От неожиданности я вздрагиваю. Пожилая дама стоит у меня за спиной.
– Я случайно все услышала, – говорит она. – Может, воспользуетесь моим телефоном? – Она протягивает мне старый мобильник. – Не стесняйтесь, если найдется кто-то, кто сможет приехать и отвезти вас. Прошу вас, берите. – Она сует аппарат мне в руки. – Я вижу, что вы очень куда-то торопитесь. Какие у вас чудесные заколки, – добавляет дама. – У моей мамы когда-то были похожие.
– Огромное вам спасибо! – выпаливаю я и понимаю: звонить мне некому. Мои друзья и почти вся родня ждут меня в гостинице. Пока кто-то из них доберется сюда, будет уже слишком поздно. Кстати, я не помню наизусть номера никого из них. Ни единого. Ну, за исключением одного.
Я закрываю глаза и начинаю набирать номер.
Гудки, гудки, гудки. Ну, прошу тебя, пожалуйста, ответь! Может, он номер сменил? Наверняка нет – этот номер еще и рабочий у него.
– Алло!
У меня перехватывает дыхание.
– Джош? Это я, Софи.
Я представляю, как он выпрямляется.
– Ух ты! – Следует долгая пауза, после которой Джош наконец настороженно спрашивает: – Как дела?
– Вообще-то не очень. – Мой голос начинает дрожать. – Мне нужна твоя помощь. Знаю, звучит безумно, но не мог бы ты подъехать к больнице, забрать меня, а потом отвезти в «Голдгерст-парк»?
– Это в шикарную гостиницу? – удивляется он. Я слышу, как на заднем плане женский голос что-то бормочет. – Нет, нет. – Он прикрывает телефон рукой. – Это не то… Извини, что? Ты в больнице?
– Только что вышла из отделения «неотложки», – отвечаю я, желая, чтобы нашелся любой другой номер, по которому я могла бы позвонить. – Я бы тебя не просила, если бы не острая необходимость.
– Мне прямо сейчас подъехать?
– А ты по-прежнему живешь в Миддлбридже?
– Да. Буду через пять минут.
Я облегченно вздыхаю:
– Ой, спасибо тебе огромное! Вообще-то я пройду по главному шоссе, и сверну влево на дорогу, ведущую к парку.
– К Хоупвуд-Гарденс? – уточняет Джош. – Где на углу построили жилой комплекс, напротив места, где раньше был гитарный магазин?
– Точно. Жду тебя там. Ладно?
– Конечно.
– Да, и еще – это не мой номер. Я взяла телефон позвонить, так что на него мне не перезванивай.
– Понял. Я подожду, пока ты не появишься на обочине, если поспею раньше тебя. Черный «БМВ». Я выхожу.
Я поворачиваюсь к пожилой даме, терпеливо ждущей в нескольких шагах от меня, чтобы не слышать разговора.
– Большое вам спасибо! – восклицаю я. – Вы не представляете, как я вам благодарна!
– Не стоит. От души надеюсь, что вам удалось разрешить проблему.
Она протягивает руку, касается моей ладони и на мгновение сжимает ее. Это простое выражение сочувствия и поддержки, но я действительно благодарна ей за ее доброту.
– Всего наилучшего, – улыбается дама и входит в автоматические двери отделения неотложной помощи.
Я смотрю ей вслед, затем поворачиваюсь и начинаю быстро шагать в гору. Только бы мимо меня не проехали Алиса с Марком! Я так спешу, что практически перехожу на бег, от чего меня удерживает лишь объемистая сумка, которую приходится нести сбоку, потому что ручки слишком короткие, чтобы перекинуть их через плечо. Приближаюсь к повороту налево. Он прав, это действительно Хоупвуд-Гарденс.
Я прохожу достаточно далеко, чтобы меня не было видно с главного шоссе, и останавливаюсь у строения, которое раньше являлось частным домом, а теперь переделано под ветеринарную лечебницу. Она закрыта, и небольшая, залитая гудроном парковка пуста. Я сажусь на низенький кирпичный парапет, ставлю сумку около ног и жду.
Когда из-за холма появляется черная машина, меня охватывает странное чувство. Я гляжу на подъезжающего ко мне Джоша, мигающего поворотником, как сотни раз, когда он многие годы забирал меня с работы. Разве что теперь автомобиль лучше того, что мы могли себе позволить в прежние времена.
– Привет! – говорит Джош, когда я открываю дверцу и залезаю внутрь, неловко пристраивая сумку на коленях.
