— Любочка, на самом деле ты их не за одну ночь заработала. Ты два года отрабатывала этот трюк, да? Понимаешь, что я имею в виду?
— Понимаю. Нужно упорно трудиться над голосом?
— Да. Только тогда однажды, как бы в одну ночь, ты станешь богатой и знаменитой певицей.
— Но все-таки это мой первый серьезный заработок в шоу-бизнесе.
— И ты теперь деньги тратишь направо и налево?
«Вот и я говорю, — сунулась коляска. — Пушит денежки!»
— А зачем мне деньги? — беззаботно сказала Люба. — У меня же и так все есть. Голос есть, песни есть, работа, Вася, вы, Коля. Он меня без всяких денег полюбил. Такую, какая есть. Вы, кстати, тоже без денег со мной занимаетесь.
Сталина Ильясовна поцеловала Любу в макушку.
— Пошли распеваться, Любовь.
Люба благоговейно въехала в дышащую духами и сандалом гостиную и остановилась возле рояля.
— Давай-ка, еще раз повторим правила дыхания. Вды-ы-ыхаешь! И диафрагма удерживает воздух в легких ровно столько, сколько будет длиться твоя вокальная фраза. Ты должна выдыхать очень медленно, чтобы самую длинную фразу спеть на одном дыхании, не прерываясь. Поняла?
— Да.
— И еще должно остаться воздуха, чтобы не перехватывало горло. Дыхание и звукоизвлечение жестко связаны. Итак, встаешь прямо.
— Сижу прямо, — засмеялась Люба.
— Да, я все время забываю. Сидим прямо и вдыхаем носом воздух: не напрягаясь, легко. Плечи не поднимаем! Медленно вы-ды-хаем…
— Ф-ф-ф-ф, ф-ф-ф-ф, ф-ф-ф-ф, — шипела Люба.
— Теперь «да-да-да». Вдох! Пошла: «да-да-да».
— Да-да-да, — послушно выпевала Люба.
— Выражение лица! Лицо не напрягать. Улыбочка! Слушатели не должны знать, что тебе тяжело.
— А мне и не тяжело. Мне радостно.
— Отлично! Образцом для звучания по традиции является звук «а». Поэтому ты сейчас пропоешь «а» и зафиксируешь гортанью, связками, диафрагмой, всей твоей душой позицию звукоизвлечения «а». И в дальнейшем будешь стараться все остальные гласные звуки извлекать из позиции, наиболее близкой «а». Поняла?
— Не очень.
— Сейчас по ходу дела поймешь. Управляй своим голосом так, чтобы все гласные приблизить к звучанию «а». Вдох! А-э-и-о-у.
— Аа-ээ-ии-оо-уу! — голосила Люба. — Аа-ээ-ии-оо-уу.
Потом они пили чай с молоком, и Сталина Ильясовна объясняла Любе про тоны, обертоны, форманты, рисовала графики и колебания.
— Как все сложно, — переживала Люба.
— Никто и не обещал, что будет легко, — говорила Сталина Ильясовна.
— Ой, Сталина Ильясовна, можно я новости по телевизору посмотрю?
— Конечно. Дай-ка пульт. Интересуешься политической жизнью страны?
— Вообще-то не очень. Просто мой Коля очень политикой увлекается. Все время меня про президента спрашивает — его мое мнение интересует. Я думаю, я должна его интересам соответствовать.
— Конечно, — опять согласилась Лина.
— Теперь придется каждый день новости смотреть. Ой — он! Президент. Линочка Ильясовна, как громче сделать?
После новостей Сталина Ильясовна вновь рассказывала Любе о цели обучения вокалу. И Люба послушно повторяла: звучание естественное, красивое, непринужденное, свободное от неестественных призвуков, полное, ровное, оптимально использующее резонансную полость.
Когда Люба уже сидела в прихожей, готовясь спускаться вниз и ожидать возле подъезда Николая, Сталина Ильясовна осторожно сказала:
— Любочка, почему ты не спрашиваешь про музыкальное училище? Забыла?
— Я боялась, — сказала Люба.
Сталина Ильясовна скорбно помолчала.
— Инвалидов не берут? — спросила Люба.
— Не совсем так, — Сталина Ильясовна погладила Любину руку. — Есть университет культуры специально для инвалидов. И музыкальное отделение там тоже есть. Но колясочников не принимают.
— Лестницы? — догадалась Люба.
— Откуда ты знаешь? — удивилась Сталина Ильясовна.
— А чего тут знать. Лестницы — это главное препятствие спинальников. Я и в школу только на первый этаж ходила, и в музыкалке не могла учиться, как все — там крыльцо высоченное было. Потом только приварили уголки.
— Я говорила с ректором, среди ночи вытащила его из постели. Он жалуется, что нет денег смонтировать лифт или современные подъемники. В общем, я очень расстроена. Тебе придется учиться у меня. Благо, ты приглянулась нашему Павлу Сергеевичу, вон с каким удовольствием по лестнице тебя таскает.
— Жаль, — закусив на секунду нижнюю губу, сказала Люба. — Я не из-за себя переживаю. Мне повезло, у меня есть вы, Коля. А другие колясочники как же? Ведь невозможно представить, чтобы строители построили дом без лестниц для здоровых людей. А для инвалидов пандус не возвести — в порядке вещей. Нас не существует. Вы видели справочник учебных заведений для инвалидов? Какие специальности мы можем получить? Сапожник, закройщик обуви, счетовод, упаковщик. Ладно, все равно большое вам спасибо за информацию.
— До завтра, Любочка, — виновато сказала Лина.
Николай заехал за Любой и отвез в ничем внешне не примечательное здание, похожее на бывшую контору завода или института.
— Господа, Готовченко у себя? — спросил Николай в переговорное устройство на дверях с сияющими золотом замками и ручками. — Аджипов к нему.
