Когда мы закончили с обедом, Артем помог мне все убрать со стола, и я принялась мыть посуду.
– Когда выписывают твоего брата? – спросил Шведов.
– Ориентировочно через три недели.
– Ты вернешься домо́й, когда он приедет?
– Да, скорее всего. И, наверное, мне придется уволиться.
– Почему?
Артем стоял рядом со мной и протирал сухим полотенцем тарелки, которые я мыла.
– У нас был уговор с Романом Викторовичем на шесть месяцев. Скоро они истекут, и я больше ничего не буду ему должна.
– Хочешь сказать, ты с ним только из-за денег?
Я молчала, натирая тарелку, которую мыла до идеальной частоты, а на самом деле просто задумалась.
– У наших отношений с Романом Викторовичем нет будущего, Артем. Ты это прекрасно понимаешь.
– Но ты ведь его любишь!
– Не думаю, что это любовь.
Я домыла последнюю тарелку и протянула Артему.
– Лера, – как-то нерешительно начал Артем, принимая посуду, – а что будет потом?
– Когда?
– Когда вы расстанетесь.
– Я поеду с братом на лечение в Санкт-Петербург. Я нашла там клинику, которая займется его ногой. А потом мы вернемся и начнем все с чистого листа.
– Мы можем… остаться друзьями?
Я забрала у Артема тарелку, поставила ее на полку в шкаф, выключила воду и вытерла руки о полотенце.
– Конечно, Артем, – я развернулась к нему лицом и машинально протянула руку к его пиджаку, чтобы убрать соринку с его плеча. – У меня уже давно нет друзей, и я буду рада, если появится хотя бы один.
– У тебя нет подруг?
– Нет, – пожав плечами, ответила я и пояснила: – когда-то в детстве были, но после смерти родителей, когда началась вся эта история с Жераром, мне стало не до встреч с ними, и как-то я их всех растеряла.
И вдруг он делает то, чего я от него никак не ожидала. Он наклоняется и целует меня в губы. Коротко, осторожно, не касаясь меня руками. Я даже не успеваю оттолкнуть его, и в этот же момент слышу справа от себя до боли знакомый голос:
– По всем законам жанра дальше следует либо звонкая пощечина, либо страстный поцелуй, я бы подождал развязку, да времени нет.
Я резко оборачиваюсь всем корпусом к Храмцову и со страхом хватаюсь за спиной руками за столешницу. Он стоит в дверном проеме в одном костюме, в офисных туфлях и смотрит на нас исподлобья немигающим взглядом – от которого стынет в жилах кровь.
Артем отступает от меня на шаг и первым находит слова:
– Роман Викторович, я все объясню. Это не то, что вы подумали.
– Разумеется, объяснишь. Ты кажется должен был написать мне сообщение, выписали Леру или нет, но я его так и не дождался.
Я медленно перевожу взгляд на Артема и пытаюсь понять, почему он меня обманул. Но это не самое страшное, что может произойти, и я мысленно нахожу ему оправдание. Он просто забыл, а не сказал мне правду, чтобы не волновать.
Гораздо больше меня беспокоит, что последует дальше. Я вспоминаю тот вечер после французского ресторана, и он кажется мне «цветочками» на фоне того, что вообразил Роман Викторович на этот раз.
– Роман Викторович, я забыл. Но в любом случае уже собирался возвращаться в офис, и все бы вам рассказал.
– Пошел вон! – не повышая голоса, но пробирающим до костей тоном сказал Храмцов.
– Роман Викторович, я не уйду, пока вы меня не выслушаете. Лера ни в чем не виновата. Это все я. Я не должен был. Я просто… не сдержался. Но я ничего…
– Я сказал, пошел вон! – чуть громче сказал шеф.
– Артем, иди, – выдавила я из себя. – Все будет хорошо. Мы с Романом Викторовичем просто поговорим, и он поймет, что у него нет основания не доверять тебе.
Артем замер в нерешительности. Я понимала, чего он боялся. Он хоть и не знал, что произошло в тот страшный для меня вечер, но догадывался, что Храмцов как-то меня наказал и переживал, что это может повториться. И я не знала, чего хочу больше, чтобы он ушел или остался. Мне жутко остаться наедине с шефом, но, если Артем не уйдет, я боялась, Храмцов применит силу и выбросит его из квартиры. А навредить Артему я точно не хотела.
– Иди, Артем, – повторила я и изобразила улыбку.
– Тебе помочь? – направляясь в нашу сторону, спросил Храмцов.
– Нет, Роман Викторович! – выпуская из рук столешницу и делая пару шагов к Шведову, чтобы прикрыть его, воскликнула я. – Артем уходит.
Я обернулась к молодому человеку и подтолкнула его на выход.
– Все хорошо, Артем. Спасибо, что свозил меня в поликлинику. Поезжай на работу. Мы поговорим с Романом Викторовичем, и он тоже вернется.
Артем недоверчиво посмотрел на шефа, потом на меня и сказал:
– Я уйду, но, Роман Викторович, Лера не виновата.
– Как ты мне надоел! Я поговорю с тобой позднее. Уйди уже!
Артем направился в прихожую, но продолжал поглядывать на меня, словно ожидая моей команды вернуться и встать на мою защиту. Но я только шире улыбнулась, всячески демонстрируя ему свое спокойствие.
Но, божечки, если бы он только знал, что творилось у меня внутри!
Когда дверь хлопнула, улыбка сползла с моих губ. Роман Викторович сделал ко мне пару шагов и машинально я отступила. Пока не уткнулась в столешницу. Я снова вцепилась в нее, словно она могла защитить меня от его грубости.
