Не знаю, кто напал первым. Мне показалось, что Стэк бросился вперед в ту же секунду, когда Таран махнул массивным кулаком. Мгновение, и мужчины поменялись местами. Предугадав удар, Стэк ловко скользнул в сторону, уклоняясь, чтобы избежать столкновения. Двигался он быстро, слишком быстро. Я не успевала следить.
Черной тенью перемещаясь вокруг Быка, Стэк бил коротко, быстро. Он успел нанести несколько ударов по корпусу, пока Таран разворачивался. Но для Быка удары Ворона были как уколы. Широко махая могучими кулаками, Таран двигался медленнее, но зато так мощно, что у меня сжималось сердце. Он явно превосходил стройного Стэка по весу.
— Раз попадет, и птичка сложит крылья, — легко озвучил мои мысли Сокур.
Нога Тарана скользнула по грязи. Поскользнулся! Стэк тут же воспользовался случаем — мгновенно выбросил ногу, делая подсечку. Я радостно ахнула. Таран упал. Ворон прыгнул на него, осыпая ударами. Таран отмахивался. Стэку перепало, и из защиты Таран быстро перешел в нападение.
Драка казалась бесконечной. Болея за Стэка, я только вздрагивала, нетерпеливо переминаясь на месте. Желтые листья осыпались с веток от ударов и глухого рычания. А влажная грязь чавкала, чавкала…
— Эй! — Сокур вдруг махнул рукой, коротко и громко свистнул. Затем еще.
Мне показалось, что он просто хочет их разнять, но скоро поняла — встречные.
Первыми из-за деревьев показались рога. Длинные — с два локтя — размашистые, и почему-то ярко-синие.
Быки!
Таран со Стэком еще валялись в грязи, когда Сокур подхватил меня за руку, быстро утаскивая в густые бурые кусты, придорожного орешника. Я только пикнуть успела, пока, прикрывая глаза, продиралась через цепкие густые ветки с шершавыми листьями. Колючие ветки цепко держали одежду, волосы цепкими коготками, тянули как крючками, едва вырвалась.
— Вниз!
Заставив меня лечь на землю, Сокур опустился рядом. Приподнялся на локтях, вглядываясь на дорогу.
— Кто там? — я тоже всмотрелась.
— Тс! Не знаю, — шикнул в ответ на мое шевеление. — Замри. Все шуршит.
Послушно замерла. Пытаясь рассмотреть приехавших через просветы бурых листьев, только тянула шею.
Я не ошиблась. По дороге чинно ехали великородные Быки. Не одна повозка, целый караван.
Голоса до нас доносились отчетливо.
— Проблемы, брат? — безошибочно определив своего, спросил Тарана мужчина с повозки. Высокая шапка на нем была тоже синяя, в цвет рогов.
Расцепившись, Стэк с Тараном поднялись. Сейчас они оба состояли из грязи — комок поменьше и комок побольше. Таран раздраженно утерся, но без особого успеха, потому что рукав у него был пропитан грязью и лицу не помог, только усугубил.
— Проблемы? Какие могут быть проблемы? — слегка напряженно ответил он, но с привычным добродушием хохотнул. — Нет проблем, брат. Соревнуемся, кто грязнее. Все по любви.
У меня отлегло от сердца. Тоже заметно расслабившись, спрашивающий хохотнул.
— Чего посреди дороги-то разлюбились…? Дело ваше. Га! — он прикрикнул своему быку. Тот пошел дальше, огибая повозку Тарана. — Смотри, ближе к Дениру осторожнее, засады. Мы шугнули одних, но могут опять собраться. Живучие… А вас мало. Опасно.
Таран кивнул.
— Благодарю. Ближе к Аспину то же самое. Мелочь, но — смотрите, мало ли…
— Добро.
После короткой беседы, синерогие караваном потянулись дальше уже не задерживаясь. Каждый возничий с обстоятельным любопытством глазел на грязевых бойцов и значительно кивал Тарану. Посчитав, что можно шевелиться, я потянулась привстать, но рука Сокура на спине нажала, вынуждая остаться на месте.
— Нечего зря показываться. Лежи, — шепнул он на ухо. Руку не убрал.
Только в эту секунду я осознала, насколько Сокур близко. Так близко, что я слышу и чувствую его дыхание. Так близко, что его волосы щекочут щеку. Так близко, что если потянуться губами, то можно и…
Нет! Мне еще рано замуж!
В смятении скорее уставилась вперед. Голова тут же отказала, перестав фиксировать и повозки, и возничих, а также беспокоиться за Стэка. Тяжесть мужской руки стала казаться очень уж ощутимой, а близость — очень уж близкой. Да его нос в двух пальцах от меня! А ниже лежало целое бедро… Оно плотно прижималось к моему, я чувствовала тепло даже через два слоя ткани. Внезапно оказалось, что сердце у меня какое-то громкое: оно бухало слишком гулко, сильно.
А потом стало происходить то, чего я и боялась. Сокур повернул голову, посмотрел прямо на меня. Краем глаза я видела, что он смотрит, но сама старательно пялилась на дорогу. В просветах между бурыми листьями по грязной дороге как огромные синерогие улитки, плелись запряженные повозки. Бесконечно медленно, одна за другой…
Сокур взгляда не отводил, я чувствовала.
— Эй… — сказал он шепотом. — Можно я кое-что сделаю…?
Дыхание ударилось об щеку, слово разлетелось по коже крошечными теплыми кусочками.
— Что?
Дрогнув, я медленно повернула голову и столкнулась со светло-желтыми глазами. Не отвечая, Сокур потянулся ко мне. Я думала, что он хочет погладить или поправить волосы, но парень осторожно потянул и вытянул из-под черных волос мою рыжую прядь. Парик чуть съехал, когда я продиралась через кусты.
«Видит!»
