— Условия, которые выдал Кирел, не зря называют ненарушаемыми, — Рей начал говорить, не отвечая на вопрос. — Клятва на крови — это тоже ненарушаемая клятва. Сходя с пути, ты рискуешь не только целью. Может и жизнью. Понимаешь? Мы уходим вместе к озеру. Ты и я.
— Нет, Рей, — твердо отказала, ощущая как в меня огромным облаком вплывает спокойствие. — Прости, но я не согласна. Я не могу отстраниться… Может у тебя не так, но у меня иначе. Я не отставлю все в сторону. Нет.
— Марта… — Ворон нехорошо сузил черные глаза, не отпуская коня.
Поняв, о чем он думает, я демонстративно подняла руку, прижав большой палец к ладони — символ готовности к атаке. Меня учили бить Силой — точнее, пытались учить, пока я не устроила торнадо.
— Если ты хочешь превратить меня в спящий груз, я прямо сейчас воспользуюсь… чем смогу. Учти, у меня не очень получается дозировать, поэтому, пожалуйста… Не надо.
Ворон покачал головой.
Мы схлестнулись взглядами. Вокруг напряженно шелестели редкие золотисто-красные деревья. Ветер резко выдохнул, срывая с веток листья, и они разноцветным дождем полетели вокруг нас.
Страха не было, только решимость.
К счастью, Рей медленно убрал руку с узды.
— Марта… Это глупо, — мрачно произнес он.
— Наверное… — выдохнула с нервным хохотком. — Наверняка! Вряд ли я умная, уж точно. Я постараюсь не нарушать правила. Уходи!
Развернув коня, я галопом погнала обратно.
Мчалась я не в гостиницу, а в местную управу. Я решила взять официальную информацию в архиве, а затем предоставить ее Сокуру как доказательство. Может даже не просто предоставить, а гордо швырнуть в лицо, чтобы он не смел думать так о нас, чтобы навсегда оставил мысль о покушении и успокоил Тарана. И, главное, чтобы повинился! Мысль, что Сокур даже лишний час плохо думает обо мне… то есть о моем отце, была невыносима.
Солнце стояло уже в зените, когда я переминалась у дверей архивиста. Очередь двигалась нестерпимо медленно. Передо мной стояли трое: бесстрастный пожилой мужчина из рода магов в темно-зеленом костюме; нервный змеерожденный с пачкой бумаг и крайне сварливая леди из Быков, которая без устали препиралась с бесстрастным магом, выясняя, кто шагнул через порог первым. Леди утверждала, что кончик ее туфли коснулся пола учреждения быстрее, чем стопа бэра. Маг на все ее претензии отвечал одно: «Леди, все было не так». Фраза была волшебной: каждый раз стимулировала леди на новую порцию слов.
В спор я не встревала. Я непрерывно крутила в воображении, как получу доказательства, как торжественно вручу их Сокуру, как он изменится в лице, когда увидит правду. Представляла его удивление, смущение, вину… Как он бледнеет, опускает глаза, а потом пытается вымолить у меня прощение, поцеловать руку. Я руку не даю, а он пытается, я гордо отворачиваюсь, он продолжает… И, в итоге, все-таки ловит мою ладонь и целует ее — так горячо, как целовал тогда, у купальни. Фантазии упорно наползали и подолгу топтались именно на этом моменте. А Сокур говорит, что хочет поговорить с моим отцом обо мне. Я, конечно, отвечаю ему про десять лет, но потом, так и быть, сбавляю до пяти…
Наконец, дверь открылась и наружу выплыла скандальная леди. Я поспешно прошла в зал архива.
Торжественную тишину нарушали только мои шаги. Архив был относительно небольшим — всего-то в три обычные комнаты — и до потолка наполнен тем самым непередаваемым ароматом, которым пахнут все места хранения бумаг. Сухо, пыльно, терпко, немного чернил и много старого дерева. За длиннющим столом неподвижно восседал единственный сотрудник — пожилой маг-архивист. Сидел он совершенно неподвижно, сразу напомнив мне подсохшую старую куклу. За ним армией стояли черные вереницы стеллажей, до краев наполненные бумагами. У стеллажей мерно покачивались магические светильники. Ни одного окна в помещении не было. Строго посредине длинного стола, величественно поблескивая золоченой обложкой, лежала королева архива — магическая книга.
Каждое известное событие в стране и за ее пределами записывают — этим занимается целая армия хронологов, большая часть из которых — маги. Записи собирают по всей стране, систематизируют и отправляют в архивы, откуда их может получить почти каждый гражданин. Естественно, существуют и секретные записи, и разные уровни доступа. Самый высший уровень у короля — восьмой. Не занятые на ответственных должностях высокородные имеют по умолчанию лишь третий уровень. Как у дочери верховного мага, у меня был высокий шестой уровень доступа, с которым я могла рассчитывать даже на официально скрытые сведения. Документов при себе у меня не было, но я могла получить информацию по капле крови. Ключевых слов, высказанных Сокуром, должно было хватить.
— Я хочу получить сведения об участии верховного мага при восстании в Анире, а также при разрушении Арды, — бодро проговорила я, одновременно выкладывая в тарелочку последние два медяка.
