Рыдающая Раиса нашла приют в объятьях мужа, с ними сейчас не поговорить, а вопрос у Степана был. Зачем Вене понадобился этот цирк? Всё Степаново нутро восставало против такого расклада, потому что Веня был не из тех, кто берёт на понт по мелочам, он был из тех, кто играет по крупному. А это значит, что сейчас, возможно, где-то разворачивается параллельный фронт, и там будут играть ва-банк. Но где? Когда? И главное, кто будет играть? Все эти вопросы замыкались на первый: зачем Вене понадобилось блефовать?
— Не понимаю… Не-по-ни-ма-ю! — Степану вдруг захотелось засадить в стенку кулаком, но вместо этого он только нежно погладил внутреннюю обшивку «Эскорта» и посмотрел в потолок: — Пилот, ты в шахматы играешь? — спросил он рассеянно. — Меня интересует, разбираешься ли ты в комбинациях: в мотивах, идеях, целях…
— Конечно, Стефан.
— Ага, вот сейчас и проверим… Говорить теперь можно открыто. Никаких «докторов» и «поликлиник». Информацию ты у капитана принял ещё на земной орбите. Значит, с раскладом сил знаком. Зачем, по-твоему, Вене нас обманывать и снабжать поломанным волновым устройством?
— Ваш вопрос, Стефан, состоит из двух частей, — в голосе пилота проявились ненавистные Степану нотки. Будто пилот только что диагностировал в собеседнике кретина.
— Значит, отвечай на оба! — огрызнулся он.
Это когда-нибудь закончиться?
— На вопрос «Зачем Вениамину Пекарю вас обманывать?» можно ответить так: зная правду, вы никогда бы не выполнили его просьбы. На второй вопрос ответить сложнее — он поставлен некорректно. Вениамин Пекарь снабдил вас исправным устройством, но оно не было волновым. В браслете капитана содержался самовоспроизводящийся нервный паралитик. Я совсем недавно закончил анализ.
— Не понял, — Коршак, казалось, совершенно ошалел от такого поворота.
— Яд с цепной реакцией… — выдохнула рядом Раиса. Её голос ещё дрожал, но она каким-то чудом собралась. — Способ передачи — воздушно-капиллярный?
— Не совсем. Капиллярное водонасыщение.
— Паралич при соприкосновении с водой! — выдохнула Рая, решительно осушая глаза руками, и размазывая по лицу оставшиеся слёзы.
Пилот согласился, а Степан понял, что ничего не понял, и часто заморгал: — Михалыч, о чём это они?
— Не иначе, пилот опять отличился. Ты что затеял, Прохор? Что за анализ? Тебя капитан попросила?
— Не совсем так, механик Кошелап. Капитан запретила любой обмен информацией на эту тему. Я сам просил у неё доступ к браслету, когда не смог с ним синхронизироваться.
— Ну, и?
— Капитан отказала. Боялась повредить дистанционный механизм. Но проблема заключалась в том, что никакого дистанционного механизма у устройства не было. Не было у него и способности генерировать волны. Браслет был контейнером без механизированных составляющих. Для того чтобы это определить, мне не требуется физический контакт с изучаемым предметом. Я должен был сказать об этом капитану, но не мог нарушить её прямой приказ, и мне пришлось импровизировать.
— Опять?! — кашлянул механик. — Представляю себе…
С тех пор как команда «Эскорта» поняла, что вместе с кораблём ей достался весьма необычный пилот, прошло не так много времени. Степан как раз собирался поделиться своей аналитикой на этот счёт и предупредить, что с пилотом хорошо бы изменить линию поведения, пока он снова чего-нибудь не отчебучил. И вот не успел. Это было обидно.
— А я вот не представляю, — взбрыкнул он. — Аркилы в браслете яда не нашли! Куда же он подевался?
— Он испарился, Стефан, — бесстрастно ответили технику бортовые динамики, и где-то сзади довольно крякнул Михалыч: — Могу поспорить, он его вскипятил!
Механик Кошелап совершенно прав. Пока капитан спала, я воздействовал на браслет узконаправленным лучом, а затем собрал и проанализировал пары, вырвавшиеся наружу через микротрещины, образовавшиеся в корпусе браслета. Температура изменила хим-состав яда, и пришлось восстанавливать структуру, но сомнений у меня нет: внутри браслета содержался нервный паралитик.
— Дай-ка глянуть! — кратко скомандовала Раиса, и рукав её комбинезона тут же пискнул принятым файлом.
— Вы найдёте, Раиса, — услужливо разъяснил пилот, — что действие этого препарата парализует органы водного дыхания.
— Жестоко. Пекарь умеет мстить. Что ж, аркилы лишили землян Земли. Это достаточная причина для того, чтобы лишить аркилов воды…
Степан подавился. Это заявление прозвучало ужасно несправедливо. — Раиса! Не говори ерунды! И не выдумывай Пекарю оправданий! Он — преступник. А преступников нужно судить и изолировать от общества. Другое дело, что поди его достань с его царским иммунитетом… Но наказать его нужно!
Руки Коршака интуитивно исполнили мини имитацию кулачного боя, и Раиса грустно улыбнулась: — Конечно, Коршак, нужно. Но это не решит проблему вседозволенности аркилов. Лечить нужно первопричину. Нам нужны союзники, втроём нам этой войны не выиграть.
