О здоровье отца не говорили: Эрвин повидал его сразу по приезде и все отлично знал. В теле лорда Десмонда считанные мышцы сохранили подвижность. О том, чтобы сесть или хотя бы повернуть голову без чужой помощи, речь давно уже не шла. И хуже всего - по мнению самого же отца хуже - что в таком состоянии он мог прожить еще год, второй, третий. Рано или поздно он устанет от беспомощности и унижения, отдаст приказ кому-то из вассалов. Вассал не рискнет обнажить меч без согласия правящего герцога, придет с вопросом, и Эрвину придется решить... Наступила за ужином такая минута, когда все притихли, думая об одном и том же. Лишь Аланис не поняла причину молчания и невпопад заговорила о столичных делах. Эрвин прервал ее холодным взглядом, а леди София поспешно сказала, стараясь сгладить неловкость:
- Я боюсь верить, но думаю, у Десмонда появился шанс. Будучи в Запределье, кайр Джемис захватил один Предмет. А Марк сумел, при помощи этого Предмета, заговорить на расстоянии с самим хозяином Перстов!..
Понукаемая вопросами Эрвина, леди София рассказала всю историю говорящего Предмета и своего соглашения с неведомым преступником. Чем дольше слушал Эрвин, тем сильнее вытягивалось его лицо.
- Матушка, матушка!.. Постойте!.. Вы хотите сказать, что имели действенный способ найти хозяина Перстов? И променяли его на иллюзию шанса исцелить отца?!
- Нет, милый, ты совершенно неправ. Никакая не иллюзия, а вполне весомая возможность! Подумай: разве человек, способный повелевать Предметами, не сможет вылечить хворь? Все болезни подлунного мира - пустяки перед силою Предметов! Потому Праматери никогда не хворали! Об этом нет ни слова в священном писании.
- Конечно, ни слова! Представьте Янмэй со всем ее пафосом, пишущей в дневнике: "Давеча заболела простудой. Сопли лились в три ручья, а чихала так, что чуть глаза не выскочили. Выпила какой-то микстуры, теперь маюсь несварением желудка..." Кто же пишет такое о святых?!
- Не богохульствуй, будь добр. Если Праматери желали излечить хворь, то всегда могли это сделать. Всякому это известно, и не смей отрицать.
- Хорошо, хорошо, Праматери могли... Но с чего вы взяли, что хозяин Перстов тоже сможет?! Он-то не Праматерь!.. И главное: если даже сможет, то зачем ему помогать нам?! Потому только, что дал вам слово?..
Леди София притихла, пристыженная. Иона знала, что еще в Первой Зиме мама выслушала почти те же слова от отца. Но теперь к леди Софии пришла нежданная помощь - Аланис вмешалась в беседу:
- Милый Эрвин, если твой лорд-отец выздоровеет, вернешь ли ты ему герцогство?
- Без колебаний. У отца будут все права на него. А я порадуюсь, что он возьмет на себя управление Первой Зимой, ведь у меня множество дел в столице.
- А знает ли хозяин Перстов, что ты настолько предан отцу?.. Я имею в виду: не хочет ли он исцелить лорда Десмонда, чтобы посеять вражду внутри Дома Ориджин?
- Умно... - признал Эрвин. - Обоснованная версия. Пожалуй, матушка, отчасти вы правы: мы можем надеяться.
Леди София гордо подняла подбородок:
- Когда я выживу из ума, дорогой, непременно извещу тебя об этом. А до тех пор не смей считать свою мать глупой овечкой.
- Приношу извинения, миледи. Я обрадовался преждевременно...
- Ах, негодный!
Они посмеялись. Вернув серьезный вид, леди София спросила:
- Скажи, когда ты планируешь сообщить о непричастности Адриана?
- Простите, мама?..
- Подлинный хозяин Перстов - не Адриан. После моей с ним беседы это совершенно очевидно. Коронация была, кажется, самым подходящим моментом, чтобы очистить имя владыки. Однако в дороге мы беседовали со многими людьми, и никто не говорит ни о каком хозяине Перстов. Вся Империя продолжает верить, что Эвергард и пленников за Рекою сжег Адриан. Когда ты развеешь это заблуждение?
Теперь и Эрвин стал очень серьезен.
- Матушка, я прошу вас, а также всех за этим столом. Ни с кем, ни при каких условиях не упоминайте никакого хозяина Перстов. Злодеем был Адриан, и теперь он мертв. Самозванец Галлард, восстание на Западе, пропавшая графиня Нортвуд, малолетняя пьянчуга на престоле - довольно хаоса в этой несчастной стране! Не хватало только слухов про таинственного Властелина Перстов!
Леди София попыталась возразить, и Эрвин добавил, понизив голос:
- Я сказал: "Прошу"?.. Простите, неудачная фигура речи. Я приказываю молчать о хозяине Перстов. До тех пор, пока не прикажу обратного.
Все затихли, несколько ошарашенные. У Аланис было такое выражение лица, будто она лучше других поняла смысл приказа.
* * *
Так было заведено у брата с сестрой, что, встретившись после долгой разлуки, первым делом они обсуждали самое важное. А самым важным оба считали то, что волнует. Глупость ли, мелочь, пустяк - не суть. Если это беспокоит, значит, это важно.
Такие разговоры не предназначались для чужих ушей, потому после ужина Иона укрылась в своих покоях, попросив Сеймура не впускать никого, кроме брата. Очень скоро Эрвин пришел в гости.
