— Ну, как? По мертвецкому делу, конечно.
Изо всех бывших Марковых подчиненных Рыжий был лучшим знатоком мертвых тел. Имел наметанный глаз и достаточно лекарских познаний, чтобы точно понять время и способ смерти, приметить все важные детали. Вот его и послали в Оруэлл — освидетельствовать троих мертвых бандитов, оставшихся после атаки на поезд.
— Всего троих? — уточнил Марк.
Нет, гвардейцы уложили по меньшей мере полдюжины, но остальных покойников бандиты утащили с собой, а этих бросили. Почему так? Может, прочие были только ранены, а эти мертвы. Либо унесли кого смогли, а кого не смогли — оставили.
Ну, вот. Рыжий их осмотрел по всей форме — и ничего особого не нашел. Были они явно из центральных земель — Короны либо Альмеры. Заросшие бородами, как какие-нибудь северяне-нортвудцы, но это только видимость. Сбреешь волосы — увидишь, что Севером и не пахнет.
По роду службы были они разбойниками. Уже давно — не первый и не второй год. Много ночевали на улицах, часто дрались, ломали кости себе и другим. Не ленились, жиром не обрастали. В разбое преуспевали: питались сытно, носили теплую одежду, добротные клинки. Двое побывали на каторге, но давно — уже года три, как сбежали оттуда. Один, похоже, из отставных солдат. Если прибавить сюда слаженность действий при атаке, то получим вывод: это члены крепкой успешной банды, что орудует в столичных землях. Вот и все, что удалось узнать про этих парней.
— Думаешь, Рыжий, могли они по своему почину ограбить поезд?
— Да что вы, чиф! В жизни не поверю!
— Потому, что они — простые бандиты?
— Да, и еще. Одного из них убили, когда он уже лез в вагон с Предметами. Стрелой в голову, умер мгновенно. Так вот, на его морде застыло благоговение. Понимаете, чиф? Умер с таким лицом, будто молился. Ни за что они сами бы не стащили Предметы — кто-то их вдохновил и надоумил.
— Благоговение… — задумчиво повторил Марк. — Выходит, они знали, что крадут?
— А как же не знать-то?!
— Ну, была у меня мыслишка… Велели им угнать конкретный вагон, не говоря, что внутри. Затем перегнать его в Надежду, где в условленном месте передать некоему лорду. К содержимому вагона бандиты пальцем не прикасались, а Предметы сейчас в каком-то замке Надежды, который нам и следует найти.
— Нет, чиф, все не так было. Разбойники четко знали, за чем шли. Они же и выгрузили Предметы из поезда и увезли куда-то.
— То есть, их наниматель доверил достояние Династии простым себе бандитам? Не верится…
— Отчего нет? Предметы — штуки страшные, жгут руки честным грабителям. Им денег хочется, а не Предметов. Бандиты сами же заинтересованы поскорее сбыть их нанимателю.
— Да, пожалуй…
Марк еще поразмыслил немного, дыша в оконное стекло и глядя, как тает изморозь.
— Ну что ж, теперь скажи в общем. Что думаешь о деле?
— Да ясное дело, чиф! Кристально прозрачное, хоть сегодня в суд. Знаете, чиф, со дня, как вы пропали, в столице все больше дерьмо творилось. Ничего хорошего — кроме вот этого дела. Уж его-то сработали на славу: чисто, гладко, по высшему стандарту. Все хотели выслужиться перед новой властью — вот и поусердствовали. Не найдете вы, к чему тут придраться.
— И думаешь, действительно виновен бургомистр?
— Как миленький.
Марк нацарапал на инее поверх стекла маленькие весы с гирькой.
— Бургомистр… Знаешь, Рыжий, прочтя дело, я высмотрел в нем целых три странности. Первая — аптеки. Почему их было три, и зачем их сожгли? Мелькнула такая мысль: всю отраву взяли в одной аптеке, а сожгли три, чтобы запутать следы. Значит, хозяин той самой аптеки замешан и пытается скрыть свою причастность. Но я встретился с хозяевами всех трех аптек по очереди и убедился: все теперь нищи, как мыши. Ни один не получил выгоды от ограбления, а значит, и не участвовал в деле. Выходит, пожары устроили просто затем, чтобы раньше времени никто не ждал отравления.
— Небольшое открытие, чиф. Это же в деле написано!
— Я проверял…
Марк стер ладонью аптечные весы и вывел на изморози новый значок — двузубое искровое копье.
— Вторая зацепка — гвардейский капитан. Он отравился первым, тем самым получив и алиби, и право передать командование милосердному пареньку, который заведет поезд в ловушку. А отравился капитан так удачно, что свалился с ног, но не умер. Занятно, правда?
— Мы отрабатывали это, чиф. Пять разных алхимиков в Фаунтерре готовят крысиный яд. У каждого свой рецепт, который алхимик еще и меняет год от года. Яд получается разный: то пожиже, то позабористей. Мы испытывали на крысах: то с одной крупинки издохнет, а то съест ложку отравленной муки — и жива. Нужно быть полным идиотом, чтобы выпить полчашки яда и на что-то надеяться. Хочешь жить — не пей яду вообще, создай себе алиби как-то иначе.
— М-да уж… Я тоже пришел к выводу, что Уитмор невиновен, хотя и другим путем.
Ворон смахнул со стекла копье, занес палец и задумался: как бы это изобразить?
— Мертвый грей? — спросил Рыжий. — Нарисуйте летучую мышь со стрелой…
— Так ты и о нем знаешь?!
— Еще бы! Я же осматривал все трупы в поезде и около. Видал и северянина — как не видать?
— Что же не вписал его в дело?
