— Шпионы доносят, что на Севере не все гладко. Граф Флеминг с батальоном кайров восстал против Ориджина и держит побережье Моря Льдов. Мы можем сомкнуться с ним и общими силами пойти на Первую Зиму. Что запоет чертов мятежник, когда мы сожжем его столицу?!
— Вы не сожжете Первую Зиму, господа, — сказала леди Магда. — Вы упретесь лбом в ее стены, а ваша задница будет торчать на юг. Ориджин сядет на своего вороного, прискачет в Кристальные Горы и трахнет вас в эту самую задницу. А потом — его конь. А потом — все десять тысяч его кайров вместе с их конями.
— Доченька, — сказал герцог. Не разобрать было, стыдит он леди Магду или хвалит.
— Милорд, я прошу вас отнестись серьезно… — начал барон Деррил.
— К чему? — перебила леди Магда. — К вашим идиотским планам или полководческой бездарности? О, второе действительно серьезно!
— Дочь! — рыкнул герцог резко, но с долей похвалы. — Барон, мы достаточно бились с Ориджином, мне хватило. Я готов купить кого угодно: вассалов Ориджина, кайров, греев, его коня, его матушку, кузенов, шлюх — да хоть весь чертов Север! Но сражаться с Ориджином я больше не стану.
— Милорд, посмею напомнить: мы пробовали купить вассалов Ориджина. Потеряли сто тысяч золотых и пять агентов, но так ничего и не добились. Подлый Стэтхем…
Леди Магда хохотнула:
— Взял у вас сто тысяч, но остался верен сюзерену? Естественно! Чего еще вы ждали! Я сделала бы так же на его месте. Все любят деньги, но и все хотят быть на сильной стороне. Пока Ориджин побеждал, никто не предал бы его. Нужно быть круглым дураком.
— Дочь, — одернул ее герцог, теперь с обидою, ведь это он заговорил о подкупе. — Маркиз Грейсенд, что вы посоветуете?
— Нам нужен Запад, милорд. Орда Степного Огня понесла потери, но все еще сильна. На его пути стоит литлендская крепость Мелоранж. Мы можем сговориться с кочевниками: мы поможем им, они — нам. Шаваны не умеют штурмовать замки — мы научим. А когда Мелоранж падет, перебросим всю орду к Фаунтерре.
— Хрм, — скептически хрюкнула леди Магда.
— Враг моего врага — мой друг… — сказал герцог. — А как прикажете потом делить власть со Степным Огнем? Если вдруг он возьмет Фаунтерру, то напялит корону на свою больную голову. Это, по-вашему, лучше Ориджина с его куклой?
— Шаваны не возьмут Фаунтерру, но изрядно потреплют кайров. Тогда Ориджин станет сговорчивей…
— А что думаешь ты, Могер Бакли? — спросила леди Магда.
— Х-ха! — герцог обернулся и тоже увидел его. — Мой верный, верный пес! Мой самый полезный человечек! Иди-ка сюда, расскажи, с чем прибыл.
Он вышел вперед, низко поклонился хозяину, улыбнулся его свиноподобной дочке. Поклонившись барону и маркизам, Бакли сказал:
— Я поговорил с двумя нужными людьми, ваша светлость. Один из Альмеры, другая из Шиммери.
— И?.. — герцог хлопнул в ладоши, поторапливая. — И что же? Выкладывай скорей!
— Ваша светлость очень мудры, что послали меня именно к этим двум людям. Альмера и Шиммери — самые перспективные союзники.
— Альмера поможет нам?! Пошлет войска против столицы?! — леди Магда хохотнула. — Ты такой шутник, Бакли.
— Вы, как всегда, зрите в корень, миледи. Альмера не пойдет в бой. Не поможет ни деньгами, ни людьми, и участвовать в каких-либо заговорах тоже не намерена. — Бакли воздел палец и добавил веско: — Пока что. Однако, ваша светлость, Альмера занята тем, что упрочивает свою власть, окутывается сетью агентов-святош, заручается верностью всех лордов и рыцарей. К весне святое слово окрепнет, — так сказал аббат Феррайн. Ваша светлость понимают: это значит, что весной Галлард Альмера станет готов к активным действием.
— Пф!.. — фыркнул Уиндли. — Станет или не станет — еще по…
— Цыц, — рявкнул герцог. — Что еще об Альмере?
— Альмера уже ведет переговоры с шаванами.
— Как?! Аббат признался тебе в этом?
— Нет. Но я, ваша светлость, намекнул ему: не договориться ли, мол, святой Софии с богами Запада? На что аббат ответил: никоим образом. Из чего следует: Альмера сама ведет эти переговоры и не желает помех. Можете поверить, к весне орда встанет на сторону Галларда — то есть, против столицы.
— Неплохо, — буркнул герцог.
— Отлично, папенька, — леди Магда облизнулась. — Просто отлично! Ведь шаваны никогда и ни за что не замирятся с кайрами! Это значит, если Галлард подружится с ними, то шаваны вынудят его идти против Ориджина!
— Магда, я похож на идиота?
— Нет, папенька.
— Почему ты говоришь так, будто я — он?
— Прости, папенька.
— Бакли, что ты скажешь о Шиммери?
— Я беседовал, ваша светлость, с южной торговкой по имени Айра-Медея. Изволите видеть, она — кузина славного Айры-Меркура, одного из шиммерийского Совета Пяти, который контролирует добычу очей…
— Бакли, я не позволил этого дочери, а тебе подавно. Прекрати разжевывать, говори кратко!
— Совет Пяти ищет сбыта искровым очам, ваша светлость. До смерти Адриана между Шиммери и Короной действовал договор. Согласно ему, шиммерийцы сбывали львиную долю очей императорской армии, и только крохи могли продавать на сторону.
— Не более десяти процентов, — подсказала леди Магда.
