Она стала выспрашивать — неспешно, подробно, чтобы дать себе время насладиться. Слишком истосковалась по радости, свету.
— Я должна сообщить мужу, — сказала Иона, когда Сеймур исчерпал слова.
— Вероятно, он уже знает…
Недомолвка оцарапала слух.
— В чем дело, Сеймур?..
— Две птицы улетели из замка. На восток и юго-восток — в Лабелин и Фаунтерру, скорее всего. Ваш лорд-муж пишет вашему лорду-брату…
А вчера писал императору. Да, так и было. Одна ночь, чтобы обратно сменить сторону.
— Граф Виттор в своем праве, — сказала Иона с нажимом, убеждая не Сеймура, а себя. — Он не давал Эрвину клятв.
— Да, миледи.
— Он считал, что Эрвин погиб. Никто не обязан хранить верность мертвецу. Граф Виттор не заслужил упрека.
— Да, миледи…
Кайр Сеймур Стил служил капитаном ее личной стражи. Меж ними установилось уже то особое доверие — почтительно дистанцированное, но трогательно безграничное — какое изо всех отношений на свете окрашивает лишь одни: отношения леди с ее вассалом. Иона затруднялась представить что-либо, о чем Сеймур побоялся бы ей сказать. Потому сейчас его молчание казалось вопиющим.
— Сеймур, прекратите это. Я должна знать, что у вас на уме.
— Миледи, герцог Эрвин простит, что граф Виттор переметнулся, узнав о поражении при Пикси. Я знаю: он сам просил графа в случае неудачи мятежа защитить вас любой ценой. Связавшись с Адрианом, ваш лорд-муж поступил именно так, как хотел герцог Эрвин. Но, миледи… Сложность в другом… Если союзники герцога делают снадобья из крови людей, ему стоит об этом знать. Вы или я обязаны сообщить ему. Возможно, герцог решит отказаться от таких союзников.
— Мне не по нраву то, что вы говорите. Не союзники, а только один жестокий безумец. Мой муж ничего не знал об этом. Мартин действовал тайком, его жертвы — на его лишь совести!
— Вы напишете об этом брату, миледи?
— Конечно.
— А уверены ли вы, что вина — на одном Мартине?
Иона могла бы разгневаться. Даже — должна была! Но одной лишь ночью ранее она сама усомнилась в Витторе. Глупо злиться на того, кто высказывает вслух твои же мысли.
— Мой муж невиновен, — отрезала Иона. Твердо, но с секундным промедлением.
— Миледи, я только хотел сказать… Вы имеете способ убедиться. Тот пузырек с эликсиром — если дать его графу…
Иона поняла, о чем говорил кайр. Мерзкая, недостойная проверка. Грязь…
— Я не сделаю этого.
— Да, миледи.
Граф Виттор встретил ее раскрытыми объятиями — и смехом.
— Ха-ха-ха! Ты — гений стратегии, душа моя! Ясновидящая! Светлая Агата! Какой же я дурак, что не поверил тебе!..
— Пустое… — Иона дала себя обнять. — Не стоит разговоров… Просто порадуйся со мною.
— О, да! Радуюсь ото всей души! Не могу передать, как счастлив, что ты — моя! Самая светлая головушка на всем Севере!..
Он целовал ее, осыпая комплиментами. Ссоры будто и не было. Сомнения словно забылись. Безоблачность…
Не этого она ждала. Неловкости, стыда, поисков самооправдания… Она не знала, что ответить самодовольству мужа.
— Отчего ты смурна?
— Я тяжело пережила вчерашнюю нашу беседу… Прости, но не могу забыть.
— Ой… — веселье слетело с него. — Это ты извини меня, любимая. Я повел себя непозволительно. Усталость тому виной, и еще…
Виттор понизил голос:
— Думаешь, мне приятно заискивать перед Адрианом? Думаешь, по своему желанию это делал?.. Я должен оберегать наше будущее. Порою за него приходится платить: гордостью, амбициями, мечтами. Не подумай, что это был легкий выбор.
— Да, милый.
— Тяжело, мучительно признавать себя слабым. Но куда опаснее — отрицать реальность. Ты понимаешь меня?
— Ты готов был пожертвовать честью, чтобы обелить меня перед Адрианом, и так спасти. Я должна была понять это вчера и с благодарностью принять жертву. Прости, что не сделала так. Прости и за то, что усомнилась в тебе. Я верю, что ты не знал о деяниях брата.
— Пустое, любимая! Главное — ссора позади, и мы снова вместе.
От нежной его улыбки Иона опешила — будто тропа перед нею внезапно оборвалась в пустоту. Слишком быстро, слишком просто. Не испив до дна чашу. Не из самой глубины. Север так не прощает…
Однако, если подумать, здесь — не Север. Граф Виттор — мягкий, легкий человек, за то я его и полюбила. О том и мечтала, чтобы жизнь перестала быть каменною глыбой. Легко поссорились, легко обиделись, легко простили — разве не таких отношений хотела всю свою жизнь?..
Виттор — хороший человек. Он не похож на северян, но это же достоинство, а не вина! Эрвин тоже не похож. Разве стала бы я проверять Эрвина?!
Я не сделаю этого. Если сделаю, то прокляну себя за низость, за неверие. Нет.
Нет!..
Покончив с объяснениями, граф Виттор принялся за завтрак.
— Кушай, милая. Попробуй блины с лососиной — очень хороши… Сегодня я должен навестить городской магистрат. Не желаешь ли составить компанию? Это развлечет тебя. Замок слишком мрачен, сидеть в нем безвылазно — тебе во вред. А после магистрата, если пожелаешь, поедем в театр…
Его голос — такой спокойный, будничный — увлекал Иону прочь от той точки времени, где они с мужем чуть было не стали врагами. Слишком быстро…
Чувствуя холод в руке, Иона поставила на стол пузырек.
