– Вы хладнокровный ублюдок, – добродушно сказал Джордж. Этот великан умел сочетать добродушие с угрозой, и, когда он излучал особенное добродушие, угроза была особенно велика. Судя по слегка поджатым губам Аньелли, он это понял. – Как бы вы себя чувствовали, если бы вашей жене, сестре или дочери приставили пистолет к виску или нож к горлу? И не изображайте притворный ужас. Шантажисты никогда не берут заложников просто так. Они угрожают их жизни – в случае, если шантаж не удастся. Порой эти угрозы осуществляются. А как будет в вашем случае? Передадите девушек в руки своих подручных для нескольких часов невинных развлечений? А может, будете пытать? Или убьете? Как мы вам уже говорили, мы не связываемся с насилием. Однако в случае, если эти невинные девушки, никому не причинившие вреда, пострадают, то мы предпримем действия, которые вы сможете расценить как акты насилия. Хотел бы я, чтобы вы мне поверили, господин Аньелли.
Аньелли ему поверил. Атмосфера в гостиной была прохладной, но на лбу Аньелли выступили капли пота.
– Зачем, например, вы похитили Анну Мейер? Из-за того, что ее папочка крупный промышленник и пользуется влиянием в правительстве? – поинтересовался Джордж.
Аньелли молча кивнул.
– А эту… – Джордж повернул к себе газету, чтобы взглянуть на текст, – эту Жюли ван Эффен? Она всего лишь сестра полицейского. В Нидерландах тысячи полицейских.
– Но только один ван Эффен, – с чувством произнес Аньелли. – Мы знаем, что за нами охотятся по всей стране, но мы также знаем, кто эту охоту возглавляет. Имея в своих руках сестру ван Эффена, мы немножко подрежем ему крылышки.
– Вам не кажется, что вы придаете этому человеку слишком большое значение?
Аньелли ничего не ответил, но по его глазам было ясно, что́ он думает.
– И вы все еще хотите, чтобы я поверил, что вы не собираетесь подвергать этих девушек никаким формам принуждения?
– Меня не слишком заботит, верите вы или нет. – В голосе Аньелли снова чувствовалась усталость. – Я уверен, что в случае, если мы вас обманем, вы в состоянии выполнить свою угрозу. Не сомневаюсь, что вы основательно вооружены. Я предлагаю вам самому взглянуть на наших заложниц и убедиться. Скажем, сегодня после обеда. Если вам не понравится то, что вы увидите, вы сможете уйти и принять те меры, которые сочтете нужными. Больше мне нечего вам сказать.
Джордж спросил:
– Стефан?
– Думаю, мы поладим. Объяснения господина Аньелли мне кажутся не вполне удовлетворительными, но если верить самой сути им сказанного – а я не вижу оснований ему не верить, – то мы многое потеряем, если выйдем из дела из-за мнимых опасностей. Мы можем остаться с носом. Как сказал господин Аньелли, давай пойдем и посмотрим.
– Благодарю вас, господа! – облегченно вздохнул Аньелли. Он не стал вытирать пот со лба – то ли потому, что ему это не нравилось, то ли по политическим соображениям. – Я не уверен, что вы в состоянии взглянуть на это дело с моей точки зрения. Позвольте заметить, что с вами исключительно трудно вести переговоры. Но я рад, что мы договорились. – Теперь Аньелли мог проявить любезность и дружелюбие, ведь, по его мнению, он получил, что хотел. – Так где же грузовик?
– В гараже неподалеку.
– В гараже? Это безопасно?
– Гараж принадлежит мне. Господи, вы же не думаете, что я делаю это впервые?
– Конечно. Это было глупо с моей стороны.
– У нас есть пара вопросов, – сказал ван Эффен. – Сейчас мы связаны обязательствами, но рисковать мы любим не больше, чем вы. Я полагаю, что мы не узнаем места назначения груза до прибытия на место. У вас есть где спрятать грузовик?
– Да.
– Сколько людей туда поедет?
– Кроме вас? Поедут три человека. Господин Риордан, с которым вы пока не встречались, но о котором читали, а также Йооп и Иоахим. А почему вы спрашиваете?
– Сейчас моя очередь задавать вопросы. Вы поедете в своем микроавтобусе?
– Мм, нет. Мы надеялись, что в грузовике будет достаточно места.
«Только не это, – подумал ван Эффен. – Они хотят следить за нами и за содержимым грузовика».
– Сколько машин?
– Машин? – переспросил Аньелли. – Никаких машин. Зачем они нам?
– Зачем? – Ван Эффен посмотрел сначала на потолок, потом на Джорджа, потом на Аньелли. – Зачем? Скажите, господин Аньелли, вам когда-либо приходилось транспортировать государственную собственность?
– Это для меня совершенно новое дело.
– Мне нужны две машины. Одна будет следовать за грузовиком, на расстоянии двухсот—трехсот метров, другая пойдет позади первой на таком же расстоянии.
– А, понимаю! Это очень разумно. Вы не хотите, чтобы за вами следили.
– Я категорически возражаю против того, чтобы за нами следили. Хотя вероятность слежки – один шанс на миллион, но даже такой риск нам не нужен.
– Хорошо, хорошо. Йооп и Иоахим. Я им сейчас позвоню.
– И последний вопрос. Вчера мы забыли его обсудить. Мы сегодня вернемся в город?
– Нет.
– Нужно было сказать об этом. Нам понадобятся кое-какие мелочи вроде зубных щеток. Хорошо, что мы догадались и кое-что упаковали. Встречаемся через три минуты в вестибюле.
Вернувшись к себе в комнату, ван Эффен похвалил друга:
