– Прости, – понял свою ошибку ван Эффен. – Я все забываю, что ты годами работал в подполье. Я согласен с тобой: угроз Жюли больше не будет. Вряд ли также преступники попытаются получить какие-либо деньги с Давида Мейера. И дело даже не в том, что у них самих, похоже, денег куры не клюют. Дело в том, что Давид Мейер для FFF важен прежде всего как влиятельное лицо, как человек, к которому прислушиваются в правительстве. Он в состоянии заставить правительство изменить свое решение, хотя я не думаю, что в данный момент наше правительство собирается принимать какое-либо решение. Мне кажется, сейчас от него мало что зависит. Если можно так выразиться, мяч находится в руках правительства Великобритании.
– Не хотелось бы мне сейчас оказаться на месте британского Кабинета, – заметил Джордж. – У британцев положение еще хуже, чем у нас. Допустят ли они, чтобы кучка террористов диктовала им свои условия? Какими бы высокими ни были мотивы FFF, члены этой группы – всего лишь террористы. Что произойдет в Северной Ирландии, если эти люди добьются своего? Там могут начаться раздоры, убийства, даже бойня. В результате погибнет множество ирландцев. Мы, конечно, сбережем своих сограждан, но неизвестно, какой ценой – сотен или сотен тысяч людей в Северной Ирландии. А что, если британцы откажутся вести переговоры и оставят Голландию погибать, а сами станут своего рода прокаженными для всего мира? Они подвергнутся остракизму, возможно, на протяжении нескольких поколений. Никакая страна не захочет иметь с ними дело. Этот старый мир, конечно, далеко не добрый, но все же в нем есть еще люди, придерживающиеся идеалов порядочности и человечности.
– Было бы здорово, если бы ты помолчал, Джордж, – сказал ван Эффен с несвойственным ему раздражением. – Ты все изложил даже слишком ясно. Короче говоря, вопрос в том, кому какой выпадет жребий: число икс жителей Ольстера против числа игрек жителей Нидерландов. – Ван Эффен невесело улыбнулся. – Нелегко решить уравнение, если не знаешь коэффициентов. Множество факторов нам совершенно неизвестно. Физики, которые рассуждают о неопределенностях в квантовой механике, могли бы высказаться и по поводу нашей задачи. Что до меня, то я бы лучше бросил монетку.
– Орел или решка, – сказал Джордж. – Как по-твоему, что выпадет?
– Не имею представления. Кто же знает, какой стороной вверх упадет монета? Однако у нас есть один фактор, о котором мы имеем кое-какое представление. Это человеческий фактор. Конечно, тут тоже много неопределенного. И все же я полагаю, что британцы уступят.
Какое-то время Джордж молча тер массивной рукой подбородок, потом сказал:
– Насколько мы знаем британцев, они не склонны сдаваться. Стоит им хорошенько выпить, они тут же начинают хвастать тем, что на священную землю их родины уже тысячу лет не ступала нога завоевателей. И это верно: ни одна другая страна не может этим похвастаться.
