– Ты упомянул дядю Артура.
– Да. Мы знаем, где находится «Нантсвилл». Дядя Артур может направить военный корабль, который будет следить за судном с помощью радара, если…
– Я знаю, где судно находилось. Они снялись с якоря, когда я покинул его. К рассвету оно окажется в сотне миль отсюда в любом направлении.
– Снялись с якоря, говоришь? Мы их спугнули? Вот это да! – Он тяжело сел, затем посмотрел на меня. – Но мы же знаем, как выглядит судно.
– Я же тебе говорил, что это не важно, потому что завтра оно может выглядеть иначе. Например, это будет судно «Хокомару» из Йокогамы, с зеленой надстройкой, под японским флагом, с другими мачтами.
– А что насчет поиска с воздуха? Мы могли бы…
– К тому моменту, как его организуют, придется обыскать двадцать тысяч квадратных миль моря. Слышал прогноз погоды? Ничего утешительного. Обещают низкие облака. При полетах в таких условиях эффективность упадет на девяносто процентов. Плюс плохая видимость и дождь. Шансов на успех – ноль из ста, нет, даже из тысячи. А если они и найдут судно, что тогда? Пилот только помашет ему ручкой, вот и все.
– А ВМФ? Они могут связаться с ВМФ…
– С каким именно? ВМФ в Средиземном море? Или на Дальнем Востоке? У ВМФ осталось совсем немного кораблей, в этих же водах практически ни одного. К тому времени, как военный корабль доберется до нужного места, наступит ночь и «Нантсвилл» окажется у черта на куличках. Допустим, военный корабль нагонит его, и что потом? Они потопят судно артиллерийским огнем, судно, на котором, возможно, находится двадцать пять пропавших членов экипажа «Нантсвилла», запертых в грузовом отсеке?
– Можно задействовать абордажную команду.
– Как ты себе это представляешь? Двадцать пять членов экипажа выставлены в линию на палубе с направленными в их спины пистолетами, и капитан Имри со своими головорезами вежливо интересуется у вояк, что они собираются делать дальше?
– Надену-ка я пижаму, – устало произнес Ханслетт, но у двери остановился и обернулся. – Если «Нантсвилл» исчез, то исчез он вместе с экипажем, то есть с новым экипажем, поэтому гостей у нас не будет. Как считаешь? Я прав?
– Нет.
– Мне тоже кажется это маловероятным.
Посетители нагрянули утром в двадцать минут пятого. Прибыли они спокойно, чинно и официально. Гости пробыли на борту «Файркреста» минут сорок. Когда они покинули судно, у меня все еще оставались сомнения, их ли мы ожидали.
Ханслетт пришел за мной в каюту, расположенную на носу по правому борту, включил свет и начал меня трясти.
– Проснись! – громко сказал он. – Давай. Просыпайся.
Но я и не спал. Я не сомкнул глаз, с тех пор как лег. Тяжело вздохнув и зевнув, стараясь в то же время не переигрывать, я открыл сонные глаза. Ханслетт был один.
– В чем дело? Что тебе надо? – (Ответа не было.) – Что, черт побери, происходит?! Еще пяти нет.
– Не спрашивай меня, что происходит, – раздраженно ответил Ханслетт. – Полиция на борту. Говорят, по срочному вопросу.
– Полиция? Ты сказал «полиция»?
– Да. Пошли. Они ждут.
– Полиция? У нас на борту? Какого…
– Калверт, ради всего святого! Сколько еще стаканов виски ты пропустил, когда я ушел спать? Да, там полиция. Двое полицейских и двое таможенников. Говорят, это срочно.
– Черт возьми, я за себя не отвечаю, если они тут по какому-то пустяку! В эту чертову ночь! Кем они нас считают? Сбежавшими грабителями поездов? Разве ты не сказал им, кто мы? Ну хорошо, хорошо,
Ханслетт вышел, спустя тридцать секунд я присоединился к нему в кают-компании. Там я увидел четверых мужчин: двоих полицейских и двоих таможенников. На мой взгляд, они не выглядели как шайка злодеев. Полицейский, тот, что постарше и крупнее, поднялся с места. Высокий, плотный, с загорелым лицом сержант лет около пятидесяти. Он холодно посмотрел на меня, затем на полупустую бутылку виски с двумя грязными стаканами на столе, снова взглянул на меня. Ему не нравятся состоятельные яхтсмены. Ему не нравятся состоятельные яхтсмены, которые сильно налегают на выпивку в ночное время и выглядят заспанно, с воспаленными глазами и взъерошенными волосами на рассвете. Ему не нравятся состоятельные изнеженные яхтсмены, которые носят красные шелковые китайские халаты с изображением дракона и небрежно обвязывают вокруг шеи красный шарф с узором пейсли. Мне самому они не сильно нравятся, особенно шарф, очень популярный в яхтенном братстве, но мне приходилось прикрывать им синяки на шее.
– Вы владелец этого судна, сэр? – спросил сержант.
Голос жителя Западного высокогорья, причем голос вежливый и легко узнаваемый. Но его обладателю стоило много трудов произнести слово «сэр».
– А вас это вообще каким боком касается? – грубо поинтересовался я. – Для начала ответьте мне на этот вопрос. А я уж подумаю, отвечать вам или нет. К вашему сведению, частное судно приравнивается к частному дому, сержант. Вам необходимо получить ордер, прежде чем сунуть сюда свой нос. Или, может, вы законов не знаете?
