Тэлбот перешел к правому борту и поднес к глазам бинокль. Он тут же заметил густой темный столб дыма с красным свечением в центре. Столб все еще находился довольно высоко, на высоте четырех или пяти тысяч футов. Тэлбот не стал задерживаться, чтобы проверить, насколько круто снижается самолет и действительно ли он горит. Он быстро вернулся на мостик и снял трубку телефона.
– Младшего лейтенанта Кусто. Быстро. – Короткая пауза. – Анри? Это капитан. Чрезвычайная ситуация. Подготовьте катер и спасательную шлюпку к спуску на воду. Экипажам подготовиться к спуску. Потом доложите на мостик. – Он позвонил в машинное отделение и скомандовал «медленно вперед», потом повернулся к Харрисону. – Лево руля. Держите курс на север.
Денхольм, тоже перешедший на правую сторону, вернулся обратно, опуская бинокль.
– Ну, даже я вижу этот самолет. Точнее, не самолет, а мощный шлейф дыма. Это тот нарушитель, сэр, если он действительно нарушитель?
– Должно быть, да.
– Мне не очень нравится направление его движения, – нерешительно произнес Денхольм.
– Мне самому оно не нравится, лейтенант, особенно если это военный самолет, да еще и с бомбами на борту. Если вы посмотрите, то увидите, что мы уходим с его пути.
– А! Маневр уклонения. – Денхольм поколебался, потом с сомнением сказал: – Остается надеяться, что он не сменит курс.
– Мертвецы курса не меняют.
– Именно, – сказал вернувшийся на мостик ван Гельдер. – А люди за штурвалом этого самолета определенно мертвы. Мне не было смысла оставаться там, сэр: Гибсон лучше меня управляется с камерой подзорной трубы, и он сейчас занимается этим вплотную. У нас будет множество фотографий, чтобы показать вам, но вряд ли с их помощью что-то удастся понять.
– Все настолько плохо? Вам не удалось ничего установить?
– Боюсь, очень мало. Я видел внешний двигатель на левом крыле. Так что это четырехмоторный реактивный самолет. Гражданский или военный – понятия не имею.
– Одну минуту.
Тэлбот перешел к левому борту, посмотрел назад и увидел, что пылающий самолет – теперь уже явственно видны были языки пламени – находится прямо за кормой, на расстоянии вдвое ниже и вдвое ближе, чем когда он увидел его в первый раз. Капитан вернулся на мостик, велел Харрисону держать курс прямо на север и снова повернулся к ван Гельдеру:
– Это все, что вам удалось установить?
– Примерно. Разве что добавить, что горит носовой отсек, а это исключает взрыв двигателя. Его не могла поразить ракета, так как нам известно, что сейчас поблизости нет самолетов-ракетоносцев. А даже если бы они и были, ракета с тепловым наведением – единственный тип, который мог бы поразить его на такой высоте, – попала бы в двигатель, а не в носовой обтекатель. Это мог быть только взрыв внутри корабля.
Тэлбот кивнул, снял телефонную трубку, попросил связь с корабельным лазаретом, и его тут же соединили.
– Доктор? Пошлите санитара с аптечкой первой помощи к спасательной шлюпке. – Он ненадолго умолк. – Извините, нет времени объяснять. Поднимайтесь на мостик. – Он посмотрел назад через дверной проем справа, повернулся и перехватил штурвал у рулевого. – Посмотрите на это, Харрисон. Внимательно посмотрите.
Харрисон прошел на правый борт, посмотрел внимательно – это заняло у него лишь несколько секунд, – вернулся и снова встал к штурвалу.
– Ужасно. – Он покачал головой. – Им ведь конец, сэр?
– Я тоже так думаю.
– Они перелетят нас минимум на четверть мили. Возможно, на половину. – Харрисон снова бросил взгляд назад. – При таком угле снижения они должны приземлиться – а скорее, врезаться в море – в миле или полутора милях впереди. Если только по какой-то случайности не продолжат путь и не врежутся в остров. Им конец, сэр.
– Наверняка. – Тэлбот посмотрел вперед через переднее стекло рубки. Остров Тира находился примерно в четырех милях от «Ариадны». Мыс Акротири лежал прямо на севере, а гора Пророка Илии, самая высокая точка острова – ее высота составляла две тысячи футов, – на северо-востоке. Между ними, но почти на пять миль дальше в воздухе лениво висел тонкий столб дыма. В той стороне находилась Тира, единственное поселение на этом острове. – Но пострадает только самолет. Юго-западная часть острова – сплошная пустошь. Не думаю, чтобы там кто-нибудь жил.
– Что мы будем делать, сэр? Встанем над местом падения самолета?
– Что-то вроде того. Вы справитесь с этим самостоятельно. Возможно, придется пройти еще полмили тем курсом, которым он шел. Надо подождать и посмотреть. Дело в том, Харрисон, что я знаю немногим больше вашего. Самолет может развалиться от удара об воду или, если он это выдержит, может сколько-то продвинуться вперед под водой. Но я бы сказал, что далеко он не уйдет – при оторванном-то носе. Старший помощник, – обратился капитан к ван Гельдеру, – какие у нас тут глубины?
– Я знаю, что в полумиле от берега глубина составляет пять саженей[19]. За ней идет довольно крутой спуск. Мне нужно проверить это в штурманской рубке. Думаю, сейчас под нами от двухсот до трехсот саженей. Может, проверим гидролокатором, сэр?
– Да, пожалуйста.
