Теперь же, в отсутствие командировок, Небирос с маниакальным упорством искал способ встречи с любимой. Эта вода уже второе десятилетие точила камень и вот, по-видимому выход она нашла.
Демон долго не мог решиться на замысленное им, но похоже, что все его последние годы вели именно к принятию этого решения. Он стоял на высоком берегу Стикса и смотрел вдаль на уходящий закат. Первый город Пекла, расстилающийся перед его взором был достоин полотен Ганса Гигера, Невероятная первобытная мрачная мощь его линий, окрашенных отсветами несуществующего здесь заката, давила на психику своими зловещими бионическими силуэтами. Тёмные воды Стикса бежали вдоль огромных трубопроводов, отводящих лишнее тепло от Пылающих Жаровен, которыми обогревался весь Адский Мегаполис. А утлое судёнышко Харона курсировало по ней непрерывно от одного берега к другому. Демон знал, что город собираются перестраивать, Люцифер показывал Астароту и остальным владыкам градостроительные планы, о которых тот рассказал Ниберосу. Замыслы были грандиозные, средства выделенные Создателем на переустройство и модернизацию Ада были колоссальными, но особого смысла в этом бес не видел. Лимб был всего лишь первым пределом Пекла, до остальных отсюда ходили скоростные поезда, время которых постоянно было разным, такова была шутка Создателя. На самом деле, время всегда было одинаковым, просто разные существа его ощущали по-разному. По сути путешествие от Лимба до Ледяного Озера могло составить и мгновение – так путешествовал сам Князь Тьмы, и занять целую вечность – это предстояло предателям, имеющим также и иные грехи.
Небирос частенько выходил сюда к реке, чтобы лично встречать вереницу грешников, подвозимую Хароном, здесь он выделял особым вниманием те души, которые представляли интерес для ведомства Астарота и самого Кукольника, в частности. Пользуясь служебным положением, он лично отбирал интересующие его души и сопровождал их в подвалы Бани.
В этот раз демон также не преминул заняться любимым делом, глаза его искрились, а босые ноги в нетерпении когтями впивались в булыжники мостовой, пока лодчонка Харона причаливала к берегу.
–Кого привёз. старый? – Кукольник приветливо махнул мрачной фигуре гиганта с посохом.
– Здорово, Ниб! – радостно прогудело из-под капюшона, – Встречай пополнение, все из матушки России! – перевозчик шагнул на булыжную набережную и охотно принял из рук демона канистру со спиртом. Шумно глотнув, лодочник опытно выдохнул и затем только занюхал рукавом своей безразмерной рясы.
– Фууууух, случай сейчас интересный расскажу! – Харон повернулся к толпе с ужасом жмущихся на юте людишек – Здесь вы должны сойти на берег и отдать мне плату за проезд!
– Что, опять?! – с лодки послышался довольно бодрый и наглый голос.
– А вот этот твой, – обернувшись к Ниберосу проворчал лодочник, – Жуткий тип, между прочим! Все загадки мои отгадал и в карты меня обыграл!
– Каждый раз мурашки по коже, когда ты вот это свое "ПЛАТУ ЗА ПРОЕЕЕЕЕАЗД" произносишь, – поёжился демон и сам отхлебнул из канистры. – Как звать неугомонного?
– Чудай, что ли? Аааа, не помню! Сам спросишь, – лодочник отмахнулся, – Плату давай!
Ниберос протянул гиганту слиток палладия.
– Слушай, Харон, а нафига тебе вот это всё в подземном царстве? Деньги, монеты, платина? – копаясь в карманах пальто. поинтересовался Ниберос
– А нафига тебе души умерших, да ещё такие строптивые? – вопросом на вопрос ответил старик.
– Да ладно тебе, я ж просто спросил, – примирительно поднял руки бес, – Ты ж меня знаешь, я докопаться всегда до сути хочу.
– Иногда суть – это не то, что нам действительно нужно! – поучительно проворчал лодочник, – А бывает она сокрыта там, куда вообще лезть не стоит…
– Да понял я, понял! Ты мне лучше покажи, который мой? – расплатившись с перевозчиком, решил перевести больную тему Ниберос.
– Самого рыжего ищи, – пряча в хламиду слиток платины, буркнул старик. – Дай ещё глотнуть? – он принял канистру из рук демона и сделал несколько глотков. пока тот высматривал на юте самого рыжего из толпы.
– Иди сюда, рыжий! – демон поманил когтистым пальцем упитанного мужичка в дорогом, но слегка подранном синем костюме. Мужичок, стоящий на юте, охотно повиновался и, проскользнув сквозь толпу, подошёл прямо к сходням судна.
Это был абсолютно рыжий,как Антошка, плотный мужчина высокого роста, но по сравнению с демоном он казался коротышкой. Ниберос улыбнулся и прорычал (вернее, человеку показалось, что он прорычал):
– Как звать?
– Евгений. – чуть хрипло произнёс плотный, но затем оправил лацканы всё ещё элегантного пиджака и более уверенно добавил, – Евгений Вениаминович!
Вместо ответа Кукольник заржал так сильно, что оставшаяся толпа людишек, в это время вереницей тянущаяся на берег, резко подала в сторону.
– Гени, ой не могу, ний Невмин, ой хрю-хрю, Аминович! Ооооой, это смешно! – Кукольник вытер рукавом глаза от выступивших слёз и снова посмотрел на подопечного! Слышь, Аминович, а фамилия у тебя как?
– Будай! – гордо, с вызовом, словно обидевшись, бросил рыжий.
