– Отлично, будешь у меня Будой!
– Но… – попробовал возразить помятый щёголь,
– Заткнись! – беззлобно бросил в его сторону демон.
– Я-а-а не позволю ещё и вам разговаривать со мной в таком тоне., вы хотя бы знаете, кто я?! – мужик в костюме с вызовом выставил вперёд левую ногу, сделав её опорной, и вытянул подбородок вверх. И если вначале фразы он подпустил петуха. то теперь выглядел крайне воинственно и одновременно уморительно, как рассерженный рыжий ёжик. – Я немедленно позвоню своим людям и они…
Ниберос бросил быстрый взгляд на Харона, толпа пассажиров уже целиком сошла на берег, и лодочник стоял между ними и демоном. Он верно истолковал взгляд Кукольника и неуловимым движением скользнул к лодке, освобождая пространство для обзора. В это время Будайс, воспользовавшись небольшой заминкой в диалоге, продолжил своё наступление:
– Я – Евгений Вениаминович Будай, и если вы немедленно не дадите мне… – в этот момент гибкий и стремительный хвост демона обхватил его поперёк туловища и в мгновение приблизил бедолагу к лицу Демона.
– Ну? – радостно ухмыляясь спросил демон, – Что будет, если не дадим?
Это ему самому его улыбка казалось радостной, а для всех людей, стоящих на мостовой набережной, -это был настоящий демонический оскал, эффектно подсвеченный багрянцем уходящего заката.
– Вы отдаёте себе отчёт, что вот это всё ваше представление....-придя в себя, нахраписто продолжил мужик в костюме. В это момент, Небирос перевернул мужчину вверх тормашками и, взявшись правой рукой за правую ногу, а левой за левую, сделал движение, словно медленно натягивает лук. Раздался дичайший нечеловеческий крик.
– Ты чего орёшь-то, Буда? – приостановился стрелять из своего вымышленного лука демон,– Али не нравится чего? Так ты вызывай своих, ты ж вроде хотел?
Толпа открытая для обозрения Хароном, медленно потянулась к лодочнику за спину. И это было какое-то непонятное человеческое чувство слепой надежды, что первое из чудовищ, уже более-менее знакомое по речной прогулке. окажется добрее второго, незнакомого чёрта, рвущего пополам их наглого соплеменника. Люди, казалось затаили дыхание, оцепенение в мгновение пронзило всю толпу, даже Харон и тот замолчал, с интересом глядя на работу профессионала.
– Помогите!!! Госпаааааадиииииииии, памагиииии......! – вместе со страшным звуком разрываемой плоти, пропал крик, захлебнувшись где-то посередине разорванных, лопнувших, как резиновые грелки, лёгких, а тёплая смрадная куча кишок вывалилась из образовавшейся полости и смачно шмякнулась о покрытую конденсатом мостовую. Пар, поднимающийся от того, что только что было Евгением Вениаминовичем, был единственным признаком недавнего присутствия жизни в этих останках.
– Браво, Небирос! Прекрасное представление! – лодочник безмятежно хлопал в мозолистые, за тысячелетия отполированные шестом, ладони.
Тишина нависала над мостовой, прерываясь на мгновения раскатами далекого грома, малиновые молнии, сверкавшие на горизонте ломанными стробоскопами, высвечивали лица людей на мостовой пристани. Многие из свидетелей случившегося невольно приняли позу со знаменитого полотна Эдварда Мунка.
Демон шумно, с явным удовольствием, вдохнул прозрачный, насыщенный речной влагой и свежей кровью воздух, но невольно сморщился, посмотрев на кучу возле ног:
– А вы чего притихли, ласковые мои? – спросил с удивлением Кукольник у столпившихся за спиной паромщика людей. – За соплеменника своего испужались? Так нечего! Дерьмовый, к слову сказать, был человечишко! – он брезгливо поддал ногой останки Будая.
Глаза некоторых людей, вопреки всем законам физиологии, казалось, должны были вывалиться из орбит.
– Ну что милые мои, вот вы и дома! – демон радушно распахнул объятия и шагнул навстречу очумевшей от ужаса толпе. Улыбка его широкая и приветливая в очередной раз высветилась ярким сполохом молнии и от того стала ещё страшнее. Толпа отшатнулась назад, но упёрлась в ограждение набережной Стикса.
– Друзья, ну что же вы? Нам предстоит провести вместе столько увлекательных моментов, мы теперь долго с Вами не расстанемся! – Небирос, подошёл ещё ближе к онемевшей толпе. Харон отвернулся, подбирая концы, обмотанные вкруг двух кнехтов пристани. Люди, кажется, начали понимать что иного выхода у них нет, кроме как отправиться с демоном, только что надвое порвавшим одного из них. Кто-то тихонько и жалобно заплакал, а иные завыли в голос. Демон поднял голову вверх и картинно сделал жест призыва:
– Верделет! Ты нужен мне! Прииди! – Харон, сматывая концы на сухой локоть , хрюкнул, услышав это.
