Лаура не смогла сомкнуть ночью глаз. Пересматривала уцелевшие фотографии, на которых навсегда запечатлелись её молодые родители, муж и дочка, пережившие трагическую судьбу, отчасти по её вине. Они спят вечным сном в земле, а она вынуждена продолжать жить и гнить, расплачиваясь за свои и предков грехи.
На рассвете Лаура вышла на крыльцо подышать свежим воздухом. Холодный ветер приятно обдувал лицо и остужал внутренний пыл. Закрыв глаза, она слушала звуки пробуждающего леса и гогот чаек, пролетающих мимо дома. Они действовали на неё как своеобразная медитация, приводящая мысли в порядок. Почувствовала она и то, что на участке находится не одна.
— Чем обязана такой чести? — тяжело вздохнув, Лаура открыла глаза и села на ступеньки.
Из-за дома показался Хранитель, что отчитывал её сегодня перед своими. Он, тяжело ступая, прошёл к ней и сел рядом. Сняв маску, старик провёл рукой по лысой, покрытой шрамами, голове, развязал шнурок накидки и набросил на спину Лауры, оставшись в кольчуге с кожаной кирасой в металлических накладках.
— Ты знаешь, почему я пришёл, — усталым голосом произнёс Вальтер, сложив руки в замок.
— Не боишься, что другие застукают нас вместе? — с неприязнью в голосе задала вопрос Лаура, сбросила с себя накидку и кинула её к ногам Вальтера.
— Дурная ты баба, Лаура, — горестно провозгласил он, и подняв накидку, скомкал её и положил возле себя. — Всё могло быть по-другому, не стань ты отступницей.
— Моё тяжкое бремя тебя не касается. Вам, Хранителям, не дано понять, ради чего я поступила так, как поступила.
— Как скажешь, — смиренно ответил Вальтер. — Нам известно, что девица вернулась из Вуолы. Да к тому же не одна. Ты проверяла её шею?
— У неё нет стигмы, но она была в Мане. Макситали не стал бы о таком врать.
— Тогда ты понимаешь, чего мы от тебя ждём.
— А если она особенная, как тот турист из Карелии, за которым вы не присмотрели как следует, и он достался Туонетар.
— Лаура, мы договорились, если Мана примет девицу, ты обязана будешь от неё избавиться. Ситуация с туристом не должна повториться.
— Почему бы не склонить её на свою сторону и не направить против Туонетар? Как долго продержится ваша игра с переодеванием? Предки заставили её думать, якобы Хранители лесные Духи и защитники людей. А мы, то есть вы, до сих пор этим пользуетесь. Я не думаю, что Туонетар боится вас. Вы ей угодны и только потому живы.
— Лаура! — громко произнёс Вальтер, стукнув себя кулаком по колену. — Не переходи черту!
— Вальтер, вдумайся, вас осталось пять семей! — продолжила говорить Лаура пренебрежительным тоном, невзирая на предупреждение. — Вы слабы, как никогда. Наделали детей, как кролики, а толку-то: меньше половины наделены даром, — она перевела дыхание. — Давно пора понять, божий дар Верховного Бога Илиса не благословение, а инструмент для исправления его ошибки! Он прокололся, спутался с Девой Смерти, родившей от него чудовище с ангельским личиком. Туони прогнал её из Маналы вместе с выродком. Что сделал Илис? Поселил её под водами Вуолы в тёмном и холодном месте, а она сложа руки не сидела, создала собственное Царство! Илис был тем, кто указал нашим прародителям дорогу к безопасному в кавычках острову. Он столкнул народ с Туонетар! Так почему за ошибку Бога расплачиваются смертные?
— Значит таково наше предназначение! — строгим голосом осадил её Вальтер. — Кто ты такая, чтоб судить поступки Божества? Ты зазналась, Лаура, позабыла предания, сложенные нашим народом. Не человек вдохнул жизнь в мёртвую землю! И нравоучения свои оставь при себе!
— Всё сказал?
— До чего же невыносимой бабой ты родилась, — Вальтер тяжело вздохнул.
— С твоего позволения, вернёмся к сути разговора. Ту девочку зовут Майя, но она представилась Макситали именем одной из моих внучек. Меня это беспокоит. Может не стоит её убивать?
— В мире существует множество девочек с такими же именами, как у твоих внучек. Я понимаю, тебе не о ком заботиться, поэтому ты так рьяно цепляешься за Майю. Но тебе не спасти её, даже выдав за свою внучку. Ты убьёшь девицу и это не обсуждается. Знай, она заселилась в гостиницу «Гранат». Действуй осторожно. Щенок Туонетар не спускает с неё глаз.
Лаура презрительно фыркнула, подошла к хозяйственной постройке напротив дома, достала оттуда штыковую лопату. Когда-то, скорбящая мать и бабушка в одном лице, той самой лопатой второпях помогала своему мужу выкапывать могилы. На городском кладбище без гробов они захоронили дочь и её детей-близнецов. Некоторое время, вместо гранитных надгробий, в землю были воткнуты деревянные таблички с выцарапанными инициалами. Вскоре рядом с ними Лаура похоронила мужа, но его уже в гробу. Рассказать Вальтеру о копии свидетельства Реглин Мартты найденное у Майи, означало бы поставить под удар тайну, за которую её муж поплатился жизнью.
