Чтобы раздобыть пони, Томми использовал трюк Капитана Джека. На повороте дороги, шедшей по самому краю леса, он натянул между двумя деревьями веревку на уровне головы, и конечно же, не прошло и часа, как появился скачущий галопом джентльмен. Всадник налетел горлом на веревку и свалился на дорогу, а лошадь поскакала дальше. Томми побежал следом и нагнал ее, когда она остановилась попастись на обочине. Это была славная серая кобылка, которая сама подошла к нему. Они подружились, и мой брат стал ее новым хозяином. Что было с джентльменом, растянувшимся на дороге, Томми не знал. Он сел верхом на лошадь, и та припустила по лесу, явно довольная, что не приходится нестись сломя голову с толстым господином на спине. Томми углубился на несколько миль в лес, а потом остановился, соорудил шалаш, развел костер и сжег все бумаги, которые нашел в седельной сумке, кроме одной, которая оказалась пятифунтовой банкнотой. Томми никогда прежде таких не видел. Ему повезло, что он умел читать, а то сжег бы и ее.
Они с лошадью пустились в странствия — иногда по сельским дорогам и тропам, а иногда и напрямик через лес. Наткнувшись на канал, Томми поехал по бечевнику. Однажды зимним днем он вломился в пустой фермерский дом к югу от Вустера и обнаружил там два отличных пистолета, рог с порохом, капсюли и мешочек свинцовых пуль. Увидев висящую на шкафу старомодную треуголку, как у Капитана Джека, брат прихватил и ее, а заодно и тяжелый черный плащ с латунной цепочкой и застежкой в виде львиной головы на шее.
Пистолеты ему понравились. Они были отличного качества, с инкрустированными стволами и резными рукоятями, и Томми целыми днями практиковался в стрельбе посреди лесной глуши. Стреляя по деревьям, он привязывал кобылу сначала в отдалении, а потом все ближе и ближе, чтобы она не пугалась пальбы. Но лошадь сохраняла завидное спокойствие и просто наблюдала, как он заряжает пистолеты и стреляет, пока Томми не научился с десяти ярдов сбивать с ветки воробья.
Иногда брат позволял себе ночевать в таверне, где мог помыться и съесть горячий ужин, а конюх кормил его лошадь, заводил ее в стойло и чистил. Частенько Томми сидел в пабе и за пивом рассказывал о себе всякие небылицы. То он был армейским капитаном, у которого злой дядя обманом отобрал землю, пока он сражался за королеву, и теперь Томми приехал в родные края, чтобы вернуть принадлежащее ему по праву. В другой байке он представлялся дворянским сыном, покинувшим семейные владения после того, как его возлюбленная утонула в мельничном пруду, спасаясь от притязаний негодяя сводного брата, вздумавшего покуситься на ее честь, и с тех пор Томми странствует по острову в поисках злодея, желая отомстить ему. Что бы ни рассказывал брат, это была одна из историй, вычитанных им в дешевых газетках, и он всегда являлся в ней благородным героем.
Томми не знал, верят ли ему слушатели, но, по его словам, в основном это были простодушные селяне, а иногда даже неотесанные валлийцы, поэтому он предполагал, что все же верят.
Вскоре пять фунтов подошли к концу, и последние шиллинги брат потратил на порох, капсюли и пули в городке в Центральном Уэльсе, понимая, что придется снова кого-то ограбить.
Первую попытку он совершил в Стаффордшире, и все пошло совсем не так, как он рассчитывал. Двое здоровенных ирландцев, с которыми он познакомился в таверне на окраине Стоука, рассказали о служащем гончарных мастерских, который в последнюю пятницу каждого месяца возит мешочек с монетами и банкнотами, чтобы расплатиться с работниками глиняного карьера. По их словам, посыльный ездил один по пустынной дороге, шедшей через заросший лесом холм. Эти парни подумывали сами ограбить его: мол, легкие деньги, потому что мальчишка, который возит мешок, молод и недалек. Но у них не было лошади, чтобы добраться до места и улизнуть после ограбления, поэтому Томми предложил, что все сделает сам, а потом встретится с ирландцами и расплатится за наводку.
И вот ранним утром он отправился туда, нашел подходящее место — дорожку, огибающую склон холма, — и стал поджидать посыльного среди деревьев. Примерно через час раздался топот копыт и по явился всадник в длинном плаще и с мешком на плече. Томми натянул треуголку, закрыл лицо платком и галопом вылетел из леса наперерез всаднику, няв пистолет, он произнес:
— Будь добр, мил человек, передай мне сумку. — Утонченно и вежливо, как Капитан Джек.
Впрочем, посыльный не оказался ни молодым, ни тупым. Это был здоровенный седеющий детина, который совершенно не испугался юного грабителя.
— Прочь с дороги, мальчишка! — рявкнул он и стукнул Томми кнутовищем по голове.
Мой брат свалился с лошади, едва не потеряв сознание, а здоровяк спешился, подошел к нему и принялся стегать его хлыстом прямо посреди дороги. Здесь бы Томми и повязали, если бы не его маленькая серая лошадка. Она толкнула чужую лошадь, и та отскочила, вырвав поводья из рук здоровяка. Тут Томми вскочил на свою кобылку и понесся в лес.
Конечно же, потом его поколотили еще и те ирландцы, когда узнали, что денег не получат.
