Она Инстаграм обожает. Но больше как наблюдатель и как подписчик – сама ничего не постит. Да и Нэнси всегда настаивает, что шумиха в соцсетях – это не стиль «Фрэнни». Без конца повторяет: «Нам никакая реклама не нужна». Это и папаша Фрэнк говорил, даже когда рекламировал все, что мог.
– Надо же когда-то начинать, – вздохнула Сабрина. – Ну… сейчас можно попросить тех парней из кофейни. «Стандарт 1908», кажется. В вашем штате у них в соцсетях подписчиков больше всего.
Аманда взяла телефон, но засомневалась. Столько лет Мэй на Кеннета было плевать, но он верный друг и где только может трубит о том, что она устраивает в «Мими». Правда, он вроде бы хочет, чтобы «Кулинарные войны» всему городу пошли на пользу.
Сабрина раздраженно выхватила у нее телефон:
– Ты и сама все это можешь на их страницу в Фейсбуке выложить. – Она принялась расставлять на стойке бара композицию из бутылок и бокалов, а Аманде сунула в руки черную доску, на которой они всегда писали названия напитков дня. – Напиши-ка парочку, да покрасивее. – Открыла в телефоне камеру, посмотрела на экран и понесла бутылки поближе к окну.
Аманда старательно вывела мелом на доске крупные буквы: «Только сегодня – уникальная акция! Вкус и букет Канзаса в напитках от «Фрэнни». Потом написала пару только что придуманных названий, быстрым росчерком нарисовала бокал с коктейлем и протянула доску Сабрине, которая тут же пристроила ее позади своей фотокомпозиции.
– Готово, – ведущая пощелкала камерой, отдала телефон и, уже уходя, бросила через плечо: – Теперь выложи им на страницу и попроси перепостить. Пошли им еще несколько фоток для Инстаграма и парочку твитов.
Стараясь скрыть неловкость, Аманда взяла телефон. Его тут же перехватила Мари-Лаура:
– Давай я. Не переживай, я им скажу, что это моих рук дело.
Аманда облегченно улыбнулась:
– Да нет, скажи, что я тоже… Что мы с тобой вместе…
И тут все закрутилось вихрем. Не было больше никаких разговоров один на один с Сабриной – только пара неловких комментариев у микрофона о том, что происходит у них в этот вечер. Вечер, кстати, удался на славу. Во «Фрэнни» было не протолкнуться. Если у них столько народу, интересно, кто же пошел в «Мими»? Аманда с трудом отвоевала столик в углу для семейства Ааронов. Каждый четверг после бейсбольного матча, в котором всегда принимали участие все трое их сыновей, вся семья собиралась во «Фрэнни» в полном составе. Сабрина хотела отдать столик шумной ораве студентов, кажется, из местного колледжа, но Аманда настояла-таки на своем и протащила в уголок своих постоянных посетителей. А студенты пусть подождут другого столика возле стойки бара. Там толпа восторженно обсуждает сегодняшние эксклюзивные напитки, и как пить дать, молодежь, пока ждет, по лишнему кругу пропустит стаканчик.
Похоже, к ним сбежался весь город. Вон Морти Раундтри, знаменитый на весь Меринак тем, что с апреля до октября разъезжает на своем тракторе по пояс голым. В застегнутой на все пуговицы рубашке, он прижимает к себе жену и радостно выкрикивает перед камерой:
– Не хочу, чтоб она каждый вечер у плиты стояла. Мы раз в две недели сюда ходим цыпленком полакомиться.
Морти не заметить трудно – он всюду в центре внимания; а его жена, как всегда, стесняется и изо всех сил отворачивается от камеры. Но они отличная пара – это сразу видно невооруженным глазом.
Фрэнки, стараясь попасть в камеру, принялась было ходить по пятам за операторами. Но и без Аманды весь персонал «Фрэнни» держит ситуацию под контролем: гоняет ее туда-сюда с поручениями – нечего девчонке в камеру лезть. Гасу даже пару раз пришлось ее выручать, подхватывая слишком тяжелый поднос с грязными тарелками. Ничего, научится. Судя по услышанному Амандой в какой-то момент грохоту, Фрэнки осваивает ресторанную науку методом проб и ошибок. Собственно, в команде «Фрэнни» каждый прошел именно эту школу. Аманда инстинктивно рванулась помочь убрать грязь и собрать все до единого стекла, но закрутилась – слишком уж много надо рассадить народу. К тому же перед ней вдруг вырос новый районный учитель живописи. Пришлось вести его к стойке бара и обещать как можно быстрее найти ему свободный столик.
– Вы уж простите, – оправдывалась Аманда. – Я вас сама приглашала, но кто бы мог подумать, что у нас будет такое столпотворение. Подождите немножко, я вас быстренько посажу. – Она улыбнулась и глянула на пристегнутого к его груди младенца.
– Ничего-ничего, – откликнулась жена учителя. – Мы подождем. Здесь у вас жизнь бьет ключом. Мы, когда из Сент-Луиса уехали, такого не ожидали.
– Скажите Мари-Лауре, что напитки для вас бесплатные. На следующей неделе увидимся?
В этот вторник, его единственный день в местной начальной школе, она рисовала с детьми и была сама не своя в предвкушении «Кулинарных войн». В следующий вторник все будет уже позади. Но сейчас даже подумать об этом времени нет.
