– Без моего признательного вы ничего не докажете. И Татьяна с адвокатом тоже. Пустышка…
Баранкин не стал оспаривать ее слова. Будет очень сложно доказать причастность Островой к нанесению вреда здоровью Татьяны.
– Так за что вы все же решили убить своего зятя, гражданка Острова? Был желанным, стал ненавистным?
– Врун он! Соврал про наследство. Я ждала, ждала, а все тихо. Тут Нинель стал знаки внимания оказывать один благополучный мужчина. Холостой, без детей, с деньгами. Все у них начало складываться. Даже дом свой он ей уже показал. И предложение сделал. Кольцо подарил. Она и заведи разговор с Денисом о разводе. Что тут началось! Нет – и все! – Острова неосторожно сильно ударила кулаком по столу, поморщилась. – Орал как ненормальный, глаза вытаращил. Ты, говорит, меня с Валечкой развела, а теперь бросить решила?!
– Он узнал о ваших кознях? – уточнил Баранкин.
– Нина – дура, рассказала, – сморщила лицо, как от кислого, Ираида Павловна. – Призналась ему, что и как было. Он долго переживал. Потому и в разводе ей отказал. Но это было решаемо. Ерунда все. А вот то, что он начал подкарауливать мужчину, который сделал Нинель предложение… А однажды даже ударил его. Это стало проблемой! Мужчина так и сказал Нинель: разберись сначала с мужем, а потом продолжим отношения. Пока возьмем паузу. А пауза чревата! В этой паузе его может кто угодно соблазнить. Вот я и надумала решить проблему с Денисом по-своему.
– А он вдруг выжил, – укоризненно покачал головой Иван Николаевич.
– А он вдруг выжил! – Острова прикусила подрагивающую нижнюю губу. – Врун голозадый!
Баранкин подсунул ей лист бумаги с авторучкой и потребовал изложить все сказанное на бумаге.
– Чистосердечное, стало быть? – уточнила она. – А мне зачтется?
– Суд решит…
Спустя двадцать минут ее писанины Баранкин внимательно прочитал признательные показания, уложил в папку. И, глянув на Острову с хитрецой, проговорил:
– Поторопились вы, гражданка Осетрова, от зятя избавляться.
– А что такое?! Нину все же кинул бизнесмен, пока я в лесу была? – вытаращила она бледно-голубые глаза.
– Насчет ее отношений с неведомым мне бизнесменом не могу ничего сказать. А вот то, что Денис не соврал вам насчет наследства, – это да. Только вчера вечером добрались до него бумаги из-за границы. И там черным по белому говорится, что Алешин является единственным наследником крупного состояния своего богатого заграничного дядюшки. Поторопились вы, гражданка Острова! Не хватило вам выдержки и терпения…
Валечка смотрела на широкий дубовый подоконник, залитый солнечным светом. Солнце холодное, зимнее, но и оно было бессильно против игры янтарных бликов ее апельсинового варенья. Она без конца варила его – ее мужчины требовали.
Женя – ставший неделю назад ее мужем.
Иван Николаевич – его отец, ставший ей по-настоящему родным человеком, понимающим, добрым.
Нико…
Ох уж этот непутевый Нико! Стоило ему углядеть малейшую искру интереса в Жене в адрес Валечки, как он тут же организовал крупнейшую кампанию по пристраиванию любимой подруги.
– Нечего тянуть, женитесь… – нудил он при каждой встрече.
– Думаете, если станете долго встречаться, вам это поможет лучше узнать друг друга? Бред! Женитесь и будете узнавать уже в процессе семейной жизни…
– Вы оба славные ребята! Вы созданы друг для друга. Я в этом смыслю, поверьте! – прибегал он каждый раз к несокрушимому по логике аргументу.
То, что он о сих пор ходил в холостяках, его вовсе не смущало.
– Я-то успею! Вам надо торопиться.
– Почему? – удивлялись Валечка с Женей.
– Чтобы Новый год встретить по-семейному. В загородном доме. И я к вам туда приеду. Нарядим елку во дворе. – А она там действительно росла. – Будем водить хороводы. Жарить мясо. Хрустеть маринованными Валечкиными огурчиками. Варить глинтвейн. Ум-м, красота какая! Так, в общем, чтобы до снегов поженились!..
Они и поженились неделю назад. И уже на второй день после их скромного торжества в загородном доме пошел снег. Он сыпал и сыпал, превращая все вокруг в белоснежную пустыню. Только елка перед домом настырно стряхивала снег с колючих веток. Да следы непоседливого Друга строчили по белому немыслимыми узорами.
– Хочу твоего апельсинового варенья, – запросил Женя на четвертый день их пребывания за городом. – Много! Папа едет. Нико к выходным обещал прибыть. Готовит нам какой-то сюрприз.
– Если Нико приедет, надо ставить пироги, – рассудила Валечка.
Варенья она наварила в пятницу много-много. Литровые банки под желтыми крышками светились оранжевыми боками, заняв все подоконники. В субботу утром она замесила тесто, к обеду напекла пирогов. А никого все не было и не было. Иван Николаевич еще затемно уехал к давнему другу за гусем. Хотел запечь к новогоднему столу, исполнив свою давнюю мечту.
– Сколько живу, столько хочу на Новый год гуся с яблоками. И как-то ни разу не сложилось. Теперь вот точно… Что тут до праздника осталось? Месяц! Надо заранее подготовиться. – И укатил с раннего утра.
