– Когда вы закрыли Валечку, я собрал в ресторане всю нашу компанию, которая гуляла тем роковым вечером. За исключением, конечно, Дениса и Нинель. Ну а Валечку вы…
– Я понял. Дальше, – остановил его Женя.
– Начали совещаться, сопоставлять, вспоминать. Среди нас в тот вечер было двое непьющих: Валечка и еще одна девушка – Татьяна. Они лишь пригубили вина. А отключились, как все. Более того, выяснилось, что у Татьяны наутро случилась страшная аллергия. Она попала в больницу. И уже там… Кто бы мог подумать! – шлепнул себя по бедрам Нико. – И уже там выяснилось, что в ее крови есть следы усыпляющего средства, не аптекарского, а именно травяного. Таня называла как-то по латыни, я не запомнил. В простонародье: сон-трава. И у Татьяны на эту ерунду вдруг оказалась страшная аллергия. То есть, выходит, всех нас тем вечером опоили! Тупо опоили.
– Зачем?
– Посовещавшись, мы поняли: для того, чтобы подложить Дениса в постель Нинель, расстроить его свадьбу с Валечкой. И кто-то из наших, не успев как следует отключиться, потому что к вину добавил водки, видел, как Нинель вела Дениса в комнату.
– Это точные сведения?
– Ну… Для нас – друзей – точные. Для следствия – нет. Сможете поверить опоенному зельем человеку? Нет.
– Как же ваша Нинель довела такого крепкого парня? Как справилась? По информации, они голыми проснулись. Его надо было еще и раздеть. Это нелегкое занятие для хрупкой девушки. А ваша Нинель хрупкая.
– Очень! Очень хороший вопрос, товарищ следователь! – Нико божественно улыбнулся. – Она вела его не одна. Вела Дениса под руки вместе со своей мамашей. А ее мамаша у нас кто? Известная травница на районе. Травница и грибница! Вот откуда произрастает бледная поганка, товарищ следователь. А вы Валечке предъявляете! Она не могла! Она такое апельсиновое варенье варит, а вы…
Потом все завертелось мельничным колесом – не так быстро, но планомерно и результативно.
Женя доложил все отцу. Тот сам захотел переговорить с Нико. Потом со всей его компанией. Взял под протокол их показания, включая сильнее всех пострадавшую Татьяну. Еще раз вызвали Нинель на допрос. И та со слезами призналась, что участвовала с матерью в сговоре на той памятной вечеринке.
– Очень матери хотелось, чтобы я вышла за Дениса. Вот и устроила шоу, – шмыгала аккуратным носиком Нинель. – Товарищ следователь, да, помогла всех усыпить. Но Дениса я не травила! Догадывалась: мать опять что-то учудила, потому что не велела мне под страхом смерти касаться кабачковой икры из холодильника. Они в последнее время не ладили. Думала, она его хочет диареей проучить. Но чтобы на такое пошла… И зачем?!
Выяснить это пока не предоставлялось возможным. Мать Нинель – Ираида Павловна Острова – была в лесах. Собирала последние осенние грибы и травы. Пробыть там могла от недели до трех. Ночевала обычно у знакомого лесника. Мобильной связи там не было.
Но все равно команда по ее задержанию была дана, ордер на обыск выписан.
За всей это суетой, продолжавшейся часа четыре, Женя совсем забыл, что оставил в допросной Валентину. Помчался туда, а там закрыто.
– Отпустил я ее, сын. А ты что думал, она до сих пор сидит там? – Отец глянул на часы. – Время – вечер! Дома она. Давно дома.
– Хорошо. А то я замотался.
Чтобы отец ничего такого не заподозрил и не заметил, Женя поспешил уйти из его кабинета. И поехал домой. Присутствовать при обыске квартиры Ираиды Островой не мог. Дело он не вел.
Женя вошел в свою квартиру и неожиданно замер на пороге. Почему-то ноги не шли. Он знал, что там увидит – запущенное холостяцкое жилье. Нет, там было чисто. И вещи на своих местах. Но…
Пусто было. Неуютно. Его собака Друг осталась в загородном доме. Ей там больше нравилось. Соседи приходили каждый день кормить. Низкий поклон им за это! И в доме и вовсе без Друга сделалось тошно. Никаких живых и ярких красок.
Неожиданно вспомнилось апельсиновое варенье Валечки, о котором пару раз обмолвился Шаповалов. Интересно, как это выглядит? А каково на вкус? Чтобы не начать думать, какие на вкус ее губы, Женя попятился, вышел из квартиры, запер дверь и пошел к лифту.
Он поедет сейчас к ней. Он знает ее адрес. Видел в деле. Зачем? Сам не знал. Причина нашлась на первом светофоре: он заедет к ней извиниться. А если у нее в гостях Нико? Да плевать! Они всего лишь друзья. Шаповалов поклялся здоровьем матери, что любит Валечку как сестрицу.
Пока Женя ехал, позвонил отец и сообщил, что при обыске в квартире Островых был найден отвар сомнительного свойства. Нинель заверила, что этот отвар готовила мать из каких-то грибов. Если экспертиза подтвердит, что это яд бледной поганки, будет установлен и виновник отравления Дениса Алешина.
– Осталось выяснить мотив. Нина плачет и клянется, что муж ей не мешал никоим образом. И травить его она не собиралась. Ждем возвращения из леса Ираиды Островой…
У двери Валечки Солнцевой Женя простоял минут десять, не решаясь постучать. Звонка на двери не было, только домофон у подъезда. Но ему удалось проскочить с соседями, не потревожив Солнцеву. Теперь стоял и топтался за ее дверью, как подросток оробевший.
