— Хроническое недоверие — хлеб матёрого контрразведчика, — лучезарно улыбнувшись, сообщила «киношная» барышня. — Всё понимаю и ни капли не осуждаю…. Так вот. На титульном листе моей «волшебной корочки» стоит подпись господина Губернатора, в подлинности которой вы сомневаетесь. Мол, редко с ней встречались. Ладно. Но у данного юридического документа есть и так называемый «задник». А на нём, как это и принято в России, красуется гордое и наиважнейшее слово: — «СОГЛАСОВАНО». И под ним — подписи ответственных городских чиновников, согласовавших текст настоящего Лицензионного соглашения…. Кому, господин подполковник, принадлежит вторая — сверху — подпись?
— Ик, — нервно икнул Иван Петрович. — Кажется, моему непосредственному шефу…
— Правильно. Генерал-лейтенанту ФСБ Павлову Геннадию Алексеевичу. Кстати, очень вежливый, обходительный, любознательный и образованный человек. Я с ним лично знакома…. Вы, надеюсь, утолили своё любопытство, бдительные господа офицеры? Вот, и гуляйте, наслаждайтесь погожей осенней погодой, свежим купчинским воздухом дышите. А мне, извините, работать пора…. Э-э, Лицензионное соглашение-то отдайте. Хороший такой документик, правильный и настоящий…
Они, пройдя через бетонную полукруглую арку, покинули внутренний дворик «долгостроя».
— Капитан, загоняй своих отважных орлов в фургоны, — велел Карпук. — Возвращайтесь на базу. Пустышку вытащили. Бывает.
— А вы? — насторожился плечистый «камуфляжник».
— Попозже подъеду. С майором поговорю. По Купчино проедусь. Может, в «пятнашку» загляну…. Выполнять!
— Есть — выполнять!
Через пару минут «спецназовцы» укатили.
— А о чём оно — это официальное Лицензионное соглашение? — поинтересовался Сергей.
— О том, что коммерческая компания уважаемой мисс Софи Гарднер имеет право безнадзорно снимать — на протяжении текущего года — полномасштабный телевизионный сериал, — расстроено усмехнулся Карпук. — Естественно, в исторических декорациях нашего славного Санкт-Петербурга и его ближайших пригородов.
— А о чём сериал-то?
— Жанр обозначен как — «драма».
— Ну-ну…
— О чём это вы, майор?
— Любая «драма», как известно, играется в персональных декорациях. Причём, в разных…. А ещё существуют и так называемые «драматургические акценты», которые, как известно, тоже бывают разными. Например, историческими и героическими. Или любовно-сексуальными. Или даже маниакально-кровавыми…
— Всё, конечно, может быть, — согласно покивал головой Иван Петрович. — Всё, так его и растак…. Только, вот, это дурацкое Лицензионное соглашение. Причём, за подписью авторитетного генерал-лейтенанта на «заднике». Руки вяжет…. А?
— Небось, намекаете на ненавязчиво-негласную оперативную разработку данной «киношной» группы?
— Честно говоря, было бы неплохо. Только делать это надо очень и очень аккуратно. Без излишнего шума и глупого фанатизма…. Есть, майор, дельные намётки?
— В обязательном порядке, — заверил Сергей. — Намётки диверсионных и прочих весёлых мероприятий — любимое хобби всех уважающих себя «грушников». Хоть действующих, хоть «отставных»…. Обсудим?
— В обязательном порядке. Но не здесь. Забираемся в машину и — в процессе движения — общаемся…
Тёмно-серый «Форд» — через старенькие ржавые ворота, одна из створок которых валялась в широкой канаве, заполненной до краёв буро-чёрной водой и различным бытовым мусором, — покинул территорию хмурого купчинского «долгостроя» и неторопливо покатил по пыльной извилистой дороге.
«Странная компания, однако, идёт нам навстречу», — дисциплинированно доложил недремлющий внутренний голос. — «Во-первых, стройная черноволосая женщина в тёмно-бордовом плаще непривычного покроя, ведущая за руку маленькую девчушку лет семи-восьми от роду — с задорными светлыми косичками и белыми бантами в крупный тёмно-синий «горошек», одетую в короткое клетчатое пальтишко. А, во-вторых, две чёрные лохматые собачки, бегущие по бокам от женщины и девочки. Словно бы маленькие верные стражи…. Ага, остановились и, пропуская нашу машину, отошли в сторонку…. Хм. Странно. Что они, интересно, позабыли в таком мрачном и безлюдном месте? Да, уж…. А, с другой стороны, снимается кино. Наверняка, требуются статисты и актёры для эпизодических ролей. Маленькие чёрные скотч-терьеры, например…. Всё равно — странно. А ещё и очень тревожно…».
Они примерно минут сорок, увлечённо обсуждая оперативные планы по предстоящей ненавязчивой слежке за подозрительными «киношниками», покатались по Купчино.
А потом ожил — ненавязчивой мелодией — мобильник. Ненавязчивой, это в том смысле, что безо всяких упоминаний о «ночёвках в объятиях любимых женщин».
— Слушаю, — поднёс к уху телефон Сергей.
— Здесь Сомов, — известила трубка. — Слушай, майор, ты с час назад подъезжал вместе с «фээсбэшным» спецназом к «долгострою», что расположен рядом с нашим купчинским роддомом?
— Подъезжал…. Откуда вы, Павел Андреевич, узнали?
— У меня имеется давняя осведомительница, работающая в диспетчерской службе трамвайного парка.
— Понятно…. Извините, но я не знал, что…э-э-э, такие вещи нужно заранее согласовывать.
