— Но что они смогут сделать? — скривился осман. — В данный момент у них нет выхода в Чёрное море. А на суше ваша армия сильнее.
— Где-то в моей империи находится Малефик, — с явной неохотой признал Александр. — Мои генералы уверены: как только мы сунемся к вам, он нанесёт свой удар. Это ловушка, Мустафа, и если вашей стране уготована роль приманки, то моей — дичи, которую загоняют.
Некоторое время Мустафа-паша молчал, переваривая полученную информацию, после чего вздохнул.
— Я понимаю вас, — было видно, как непросто даётся ему каждое слово. — Но как будущий султан, у меня нет другого выхода…
— Чем пойти на поклон к англичанам, — закончил за него Александр. — Я прав?
— Я не вижу другого выхода, — повторил Мустафа. — Сидеть, сложа руки, и смотреть, как армия тает буквально на глазах, выше моих сил.
— Понимаю, — кивнул Александр. — Поэтому предлагаю вам следующее. Балканы уходят под руку Максу, неважно в качестве чего — королевство или княжество. И уже Макс, а точнее его гвардия решает вопрос с кракеном. С политической точки зрения это будет оптимальный выход.
«Виш, ты это слышал⁈», — хоть мне и удалось сохранить невозмутимое выражение лица, но внутри меня взорвался целый ураган эмоций.
— Отличная придумка, — пробормотал дракончик. — Правда, придётся попрощаться с Финляндией, Макс.
«Да какая, к чёрту, Финляндия! Александр хочет повесить мне на шею лоскутное одеяло, которому уготована судьба серой зоны!»
— Ну и что? — хладнокровно отозвался Виш. — Тебе же лучше. Наведёшь там порядок, выполнишь задачу Стелы по продвижению на Восток, получишь долгожданный ранг.
«Виш! Да я ещё с минфином не разобрался!».
— А вот это, Макс, уже не твои проблемы, — урезонил меня фамильяр. — Или ты думаешь, Александр это только сейчас придумал?
«Нет, но…»
— Никаких «но», — отрезал Виш. — Это наш шанс, Макс.
— Это… может сработать, — тем временем отозвался Мустафа-паша. — Если Макс решит проблему с кракеном и даст слово не лезть в Африку, то я согласен.
— Предлагаю не спешить со вторым пунктом, — машинально произнёс я, отдавшись в волю купеческой чуйки. — Территория мне точно не нужна, но торговые и экономические интересы никто не отменял.
— Либо торговые пошлины, либо сделки исключительно через османские монополии, — тут же сориентировался Мустафа.
— Пять процентов?
— Двадцать пять.
— Не мне рассказывать про издержки, султан. Шесть процентов.
— Двадцать четыре. Потенциальная прибыль покроет любые издержки втрое.
— Да все мои ресурсы уйдут на этого прокля́того кракена! Семь процентов.
— Двадцать один.
— Восемь.
— Двадцать.
— У меня сегодня свадьба, вообще-то.
— На которую я пришёл не с пустыми руками.
Александр с интересом следил за нашим торгом, а вот Виш демонстративно закатил глаза, всем своим видом показывая, как ему скучно.
— Девять.
— Макс, — Мустафа-паша обезоруживающе улыбнулся. — Моя кровь жаждет продолжить наш увлекательный торг, но мой разум напоминает про время. Мы всё равно сойдёмся на пятнадцати процентах. Договор?
— Договор, — кивнул я, — Но пять процентов из этих пятнадцати пойдёт в совместный защитный фонд.
— Которым будет управлять мой человек, — усмехнулся Мустафа.
— Который возьмёт в жены сестру Айше, — вся моя чуйка так и кричала, что последнее слово должно остаться за мной. — Например, Зейнеп. Я обещал Челарбею, что позабочусь о его дочерях.
— В таком случае… — Мустафа не собирался сдаваться. — Фатима — моя.
— Ей шестнадцать, — напомнил я.
— Она дочь Челарбея, — отмахнулся Мустафа. — Султана, который не сбежал от опасности и принял бой. Этот союз даст мне политические очки.
— Только в том случае, — я окинул взглядом подтянутую фигуру Мустафы, — если она сама согласится.
— Идёт, — без пяти минут султан протянул мне руку. — Договор.
— Договор, — подтвердил я, крепко сжимая ладонь Мустафы.
— Слово Купца нерушимо, — на лице османа расплылась довольная улыбка. — Если ты, Макс, не выполнишь взятые на себя обязательства, ты сойдёшь с Пути.
— Я выполню взятые на себя обязательства, даже если кто-то из моих партнёров не выполнит свои, — Мустафа потянул ладонь на себя, но я и не подумал его отпускать. — Вот только если кто-то решит меня кинуть, я разорю этого отчаянного смельчака. И неважно, кто это будет — партнёр, друг или даже родственник.
Чтобы усилить свои слова, я выпустил часть кипящего внутри меня гнева в метку «Мститель», отчего та ярко засияла в моей ауре.
Даже Мустафа, даром, что шёл Путём Торговца, её увидел и, судя по изменившемуся лицу, прекрасно понял мой намёк.
— Я выполню свои обязательства, — заверил меня осман.
— Уверен в этом, — кивнул я, разжимая ладонь.
— В таком случае, подпишем договор, — осман, размяв руку, пододвинул к себе бумаги. — Как будет называться новое… образование. Балканское королевство?
— Тебе решать, Макс, — улыбнулся Император, который в этой ситуации выигрывал больше всех.
— Пусть будет… — я на мгновение задумался.
Для того, чтобы объединить несколько стран в одно королевство, нужно не просто подписать договор, нет! Необходимо найти тот самый идеологический стержень, идею, вокруг которой можно будет объединить несколько народов.
