Человек, стоявший сейчас перед ним не был похож на того, кто встретил его здесь, в братстве месяцы назад. Этот старейшина был сделан из стали, а пламя внутри него не горело веселыми огоньками, оно полыхало пожаром и было готово поглотить в себе все и вся. Меньше всего Андрею хотелось сейчас находиться рядом с ним. В повисшей тишине скрип кровати прозвучал особенно отчетливо — он наконец-то собрался с силами и медленно сел на раскладушке. Старейшина заговорил, выделяя интонацией каждое слово:
— Завтра ты отправишься в третий купол. Артур и Мина введут тебя в курс дела.
— Что? Но мне едва стало лучше…
— Ты сам сказал, что это происходит раз в несколько месяцев, разве нет? Значит сейчас самое подходящее время.
— Но Саманта…
— Обойдется без твоей помощи пару недель, как обходилась предыдущие годы. Не заставляй тебя уговаривать, ты и сам сейчас не особенно хочешь здесь находиться.
Это было правдой. Андрей и сам не знал, почему он сопротивлялся. Конечно, ему не хотелось расставаться с Самантой, но, учитывая их последний разговор, он понимал, что так будет лучше. Он встал с кровати, и, убедившись, что уверенно стоит на ногах, двинулся в сторону двери. Уже в дверях он услышал последние слова старейшины:
— Знаю, ты меня осуждаешь за все что я сделал. Но поверь, тебе предстоит принять не менее сложные решения. И я надеюсь, что после этого ты сможешь смотреть в зеркало без ненависти.
Андрей не ответил.
Технический лаз едва слышно гудел. Андрей, максимально расслабившись, лежал на спине в темном туннеле и фокусировался на своём дыхании. Полгода назад он был готов отдать что угодно, чтобы вырваться с работы инженера, а сейчас это монотонное занятие даже доставляло ему удовольствие. Возможно, дело было ещё и в том, что в этот раз он был на "миссии", и вся рутина имела под собой некоторый, хоть и неизвестный ему, важный смысл.
После конфликтов с Сэм и разборок со старейшиной ему не очень хотелось взаимодействовать с людьми. Вот и сейчас, справившись со своими задачами, он не возвращался в комнату бригады, а ждал сигнала на обед прямо в вентиляции.
Мысль о Саманте промелькнула в мозгу как летящий нож — резко и прорезая все на своем пути. Отбытие в третий купол произошло слишком быстро чтобы пойти попрощаться. Нет. Это отмазки. На самом деле он просто не знал, как сказать, что уезжает, а она и так была в не самом благодушном настроении. Письма он тоже не оставил — по той же причине.
Будут ли они снова общаться как раньше, или теперь это навсегда останется между ними — он не знал. Да и бесполезно было сейчас об этом думать. Внезапно Андрей осознал, что потерял концентрацию, и не только перестал следить за дыханием, но и непроизвольно напряг мышцы. Вздохнув, он решил, что в таком случае пора постепенно двигаться к точке выдачи еды — все равно до обеда оставалось недолго.
Вылезать из вентиляции в коридор было некомфортно — глаза, уже адаптировавшиеся к темноте заслезились от яркого света. Хотя общая структура всех куполов была примерно одинаковой, каждый похоже обладал какими-то своими особенностями. Третий купол, в частности, отличался особенно ярким освещением. Видимо, позднее на этой части стали экономить.
Спустя несколько секунд, когда зрение восстановилось, Андрей сориентировался и медленно побрел к местной столовой. Как выяснилось, она уже кишела людьми. Прозвучал звуковой сигнал, и все они стали выстраиваться в длинную очередь. Андрей хотел было пройти в её конец, но из ниоткуда вынырнул Артур, и ухватив Андрея за рукав, втянул в середину очереди рядом с собой.
Обменявшись легкими кивками, они приготовили пищевые талоны и стали ждать своей очереди. Артур был напряжен, но спрашивать его о причинах в очереди было не лучшей идеей. Вообще спрашивать его было не лучшей идеей, Андрей знал, что, если это важно, Артур сам все расскажет, когда сочтет время и место подходящими.
Очередь наконец дошла до них, и, получив по порции отвратительно пахнущей еды, они устремились подальше от галдящей толпы. Никто и не обратил на них внимания. Вскоре голоса скрылись далеко за поворотами, но Артур продолжал вести его сквозь мрачный лабиринт коридоров. Остановились они лишь достигнув края купола. Внутренний край обшивки не впечатлял — всего лишь еще одна стена, особенность которой выдавала лишь слегка закругленная форма. Андрей знал, что внутренняя обшивка отделялась от внешней узкой прослойкой, которую откачивали до вакуума, как в старом мире делали с хорошими термосами. Артур остановился и прислонился спиной к стене. Убедившись, что в зоне видимости никого нет, он заговорил:
— Какие у тебя впечатления от этого купола?
— Серьезно? Две недели мы шифруемся, внедряемся в ряды местных инженеров, а потом ты не просто ловишь меня в очереди, мы уходим на глазах у всех. И ради чего? Чтобы поговорить в коридоре?
— Концепция поменялась. Нам придется действовать быстрее, чем мы ожидали.
— И чего же вы ожидали? Потому что с самого начала этой дурацкой миссии я не знаю о ней практически ничего.
