Старейшина повернулся к Артуру и пожал ему руку. Происходящее вновь показалось Андрею чем-то нереальным, ещё одним бредовым сном. Он тупо смотрел, как старейшина лёг в металлическую коробку, как автомат опустил сверху крышку и приварил её к основному корпусу, и как по странным рельсам гроб медленно выкатился в шлюз. Он молча вышел из комнаты, дошёл до своей кровати, и не раздеваясь упал на неё. Последнее что промелькнуло в его голове перед тем, как он провалился в сон, было облегчение от того, что этот безумный день закончился.
Они сидели на полу. Он обнимал её сзади, уткнувшись лицом в пышную кипу её волос. Андрей ощущал тепло её тела и приятный запах, исходивший от её шевелюры. Саманта нечасто распускала косу, но он обожал, когда она это делала. Прижавшись к ней еще сильнее, он спросил:
— В какой момент ты поняла, что любишь меня?
— Сложно сказать. Первое впечатление было не самым лучшим. Эй, хватит щипаться! А потом. Ты пролез в мою жизнь, наполнил её собой. Когда же ты уехал, не попрощавшись, я злилась несколько дней, представляла, как высказываю тебе всё что думаю. А потом внезапно осознала, что, когда ты вернёшься, я больше не смогу злиться. Но, наверное, окончательно я поняла что люблю тебя, когда увидела тебя лежащим в той палате.
— Значит влюбилась из жалости, да?
— Ну если такой ответ тебя устроит…
Она повернулась к нему лицом, и Андрей в очередной раз удивился, как её глаза могут меняться от ледяных до невероятно тёплых. Он поцеловал её и прошептал на ухо:
— Меня устроит любой ответ, если его даёшь ты.
— Хватит подлизываться. Лучше скажи, когда ты влюбился в меня.
— Ну, ты понравилась мне, как только я тебя увидел. Но, вероятно, мне не хватило бы смелости продолжить общение, если бы я не увидел, как ты увлечена всем этим.
Тут он обвел рукой кабинет, в котором они сидели. Она засмеялась. Сейчас, слушая этот смех, ему казалось, что события, произошедшие несколько дней назад, были давным-давно. Но по правда говоря, последние дни он не мог спать. Стоило ему закрыть глаза, он раз за разом видел закрывающуюся крышку гроба со старейшиной внутри.
Он украдкой посмотрел на часы, висящие над дверью. Однако это действие не осталось незамеченным.
— Куда-то торопишься, стесняшка?
— Нет. То есть. Я договорился встретиться с Артуром через несколько часов.
— Зачем? Не думала, что вы все еще общаетесь.
— В один из наших предыдущих разговоров, старейшина… прошлый старейшина сказал, что я не смогу остаться в стороне. Мне придётся вновь вмешаться в то, что происходит в третьем куполе.
— А что думаешь ты?
— Я… меньше всего я хочу в это влезать, но, если это будет угрожать тебе — разве у меня есть выбор?
— Есть. Но похоже ты его уже сделал.
— Сэм, я…
— Не надо, не оправдывайся. Я понимаю.
— Иногда мне кажется, что я не заслуживаю тебя. Ладно, не иногда. Постоянно.
— Почему?
— Потому что чтобы ни происходило, ты меня поддерживаешь. Даже тогда, когда тебе самой тяжело.
— Ты… даёшь мне что-то другое. Надежду.
— Надежду? Я? Ты говоришь это человеку, который видит кошмары каждую ночь.
— И все же. Ты веришь в будущее. И веришь, что оно может быть правильным. Веришь, что как бы ни был сломан мир, ты сможешь его исправить. Это впечатляет.
— Знаешь, он хотел, чтобы я стал новым старейшиной.
— Вместо Артура?
— Скорее после него. Но я не думаю, что я когда-либо буду готов к такому. Я хочу вносить свой вклад в будущее, но не так.
— Никто не будет тебя заставлять. Это твоё решение.
— Я просто… А ладно, давай поговорим о чем-то совсем другом?
— Хорошо. Говоришь у нас есть ещё несколько часов? Можем и вовсе не разговаривать, у меня есть ещё идеи, чем можно заняться…
Артур стоял, склонившись над бумагами. Прошедшие дни не пошли ему на пользу, он осунулся и побледнел. Андрей легко хлопнул его по плечу:
— Эй, ты вообще спишь?
— Сплю. Чуть-чуть. Иногда.
— Яясно. Что ты хотел обсудить?
— Третий купол. Там что-то происходит.
— С чего ты взял?
— Инженерам приказали демонтировать часть оборудования. Они освобождают целые секции внутри купола и укрепляют их. Понятия не имею зачем.
— А я, кажется, знаю. Они делали взрывчатку, располагали её где-то снаружи. Потом эти слова про освобождение от оков океана.
— Не томи. Единственное что мне приходит в голову, попытка затопить купол, но тогда зачем бы они заморачивались на оборудование? Чтобы перевезти его куда-то ещё?
— Они не хотят затопить купол. Наоборот. Думаю, они хотят поднять его на поверхность. Взрывчатка не на обшивке, она на тросах, удерживающих купол на дне. А освобождение секций нужно для их затопления. Так они смогут регулировать скорость всплытия.
