Макс поведал Вике о том, как случайно открыл в столешнице портал и сорвал паучий цветок, росший в той, иной реальности, и предположил, что туда же, в другой мир, он отправил Аксинью. Затем Макс рассказал ведьме, как неожиданно встретил айтвараса, которого тоже, судя по всему, притащил из другого мира, так как вампирчик превратился в светящиеся сапоги от переизбытка высвободившейся энергии.
– А значит, я могу перенести Левиафана в другой мир, – закончив свой рассказ, заключил Макс.
– Так себе идея, если честно, – призналась Вика. – А если в том другом мире тоже есть жизнь? Ты об этом не подумал?
– Подумал, – ответил Макс. – Дело в том, что, когда окно открылось и я увидел цветок, неподалёку от меня кружила муха. Как только она подлетела к условной границе между мирами и пересекла её, тут же превратилась в кашу. Понимаешь? – Глядя в озадаченное лицо Вики, Макс поспешил добавить: – В этот момент я был очень разозлён тем, что никто не сказал мне про отца, и особенно сердился на тебя – и муха сдохла. Когда же я каким-то образом перетащил сюда айтвараса, то он был жив, но эмоции в этот момент я испытывал самые положительные, радовался, что Сашка здоров и мама нашла себе… – Макс замолк. Он запретил себе вспоминать о матери. Не сейчас. Нельзя. Собравшись с силами, он продолжил: – Переход из одного мира в другой зависит от моих эмоций в моменте. Возможно, это получится как-то контролировать, но пока это работает именно так.
– То есть ты хочешь сказать, что Левиафан повторит судьбу той мухи? – поняла Вика.
– Да. Мне не придётся никого лишать души, а Левиафан сдохнет сам при переходе. Как тебе план?
– Должна признать, что ты умеешь удивлять. – Ведьма с восхищением смотрела на Макса. – Это отличный план!
– А сливок не осталось? – Из-за стены показалась трёхцветная морда потомственного магического кота, но ему никто не ответил: Вика и Макс были слишком заняты друг другом…
* * *
В назначенный час Макс оказался в «Таллере», где на барной стойке его ждал приготовленный Юлей камушек. Самой Юли нигде не было, посетителей тоже. В зале Макс был один, и у него создалось впечатление, что он словно барашек, которого собираются принести в жертву. Тишина угнетала.
– Итак, куда мы сегодня отправимся? – вслух спросил сам себя Макс, взяв в руки планшет, и удивился звуку собственного голоса, чересчур громкого и бодрого.
На экране горела единственная точка – у побережья Японии. Нажав на неё, Макс ступил на лесную тропинку. Пока он шёл, никак не мог отделаться от чувства, что его, как марионетку, дёргают за нитки, будто все вокруг знают, что должно произойти, и сценарий давно написан. Осталось только доиграть спектакль.
Лесная тропинка привела Макса на побережье Тихого океана, на остров Кодзусима. Восходящее солнце пересекло горизонт и во всех деталях осветило огромного реликтового монстра из ветхозаветных преданий. Макс помнил изображение в «Древней книге», но и предположить не мог, что в натуральном виде Левиафан настолько ужасен.
Чёрная чешуйчатая тварь немыслимых размеров, покрытая прочными щитами с многовековыми наростами водорослей и ракушек, приближалась к острову Кодзусима и кипятила воды Тихого океана, оставляя за собой шлейф из всплывавшей на поверхность варёной рыбы. Тошнотворный запах серы вперемешку с характерным зловонием моллюсков и гнилой тины распространялся на многие километры вокруг. Левиафан походил на длинную змееподобную рыбу, вьющуюся кольцами, но помимо десятков огромных плавников имеющую ещё и перепончатые лапы. Морда его напоминала колосниковую печную решётку, за которой тлеют раскалённые угли. Макс так и не понял, что общего было в анатомии этого чудовища и милашек-дельфинов. Даже пасть-решётка Левиафана открывалась ни на что не похожим образом: подплыв к острову Мияке, исполин раззявил рот, при этом голова его полностью легла на спину, открыв ещё один рот, полный острых белых зубов, каждый из которых имел наросты-шипы по всей поверхности. Левиафан целиком поглотил остров, выпустив пар из верхней пасти с зубами-решётками. Когда пар рассеялся настолько, чтобы можно было вновь разглядеть морду Левиафана, зубы-решётки расступились и выплеснули на воду раскалённую лаву примерно в тех же объемах, каким был по площади недавно проглоченный остров.
– Ты чего так долго?! – Из оцепенения Макса вывел голос Юли, материализовавшейся рядом. – Ишь, ферзь какой! Все тут его ждут, а он и не торопится. Ты принёс пожиратель? – пыталась она перекричать шум волн и рёв Левиафана.
– Нет, – ответил Макс. – У меня другой план.
– Что-о-о?! – призрачные глаза барменши чуть не выпали из орбит. – Ты рехнулся? Мы все тут из-за тебя погибнем!