С легким стоном она просунула пальчики под струю вытекающей жидкости и без промедления отправила их в рот, начав слизывать белую массу, словно мед. А Синдзи с возрастающим изумлением только лишь переводил глаза с ее блаженно расплывшегося в удовольствии лица и обратно на киску, чьи дольки горели уставшим алым сиянием, возникающим только после бурного секса. Мари, хихикнув, вновь опустила руки к струйке, но теперь не просто подставила под нее пальцы, а одной зацепила краешек чуть выдавшегося скатавшегося лепестка и неожиданно сильно оттянула его в сторону, настолько далеко и сильно, будто это была мягкая прорезиненная ткань. Половая губа, сама по себе небольшая и плотная, вытянулась до белой рези, и из открытой щели влагалища вырвался настоящий ручей спермы, однако Мари быстро подставила под нее свободную ладонь и вдруг легко погрузила ее прямо между распухшими дольками, утопив в мягкой плоти нутра. По ее запястью тут же устремились вязкие дорожки семени, однако лицо девушки вспыхнуло наслаждением, заставив ее высунуть язык и восторженно вытянуться, и вот рука почти целиком скрылась во влагалище, чья кожица плотно облепила запястье, перекрыв вытекающий поток жижи. Мари пискнула, начав водить рукой внутри себя, невольно сгорбилась и закатила глаза в экстазе, и тут на ровной плоскости ее животика, прямо над холмиком лобка с аккуратными каштановыми волосиками, изнутри стали проступать пальцы ерзающей в чреве ладони. Сначала еле заметные бугорки, вздымающиеся над гладью кожи, а потом настоящие вздутие образовалось в основании ее живота от елозящей руки, то сжимающейся в кулак, то вытягивающейся и проскальзывающей все глубже.
— Вот… почти… Мха-а-а-ах!.. Проникла… Ах!.. Почти проникла… в матку… А-а-а-ах!!!
Ее пальцы утонули где-то в глубине чрева, ноги девушки затряслись, обезумившие от лавины возбуждающих чувств глаза закатились, и тут рука вырвалась наружу, оросив землю клубками белесой жидкости, но притом держа в сжатой лодочкой ладони целую горсть спермы. Не долго думая, Мари сразу же отправила ее в рот, залив в горло молочную массу из поднятой над головой руки, и сразу же начав неистово облизывать пальчики с ладонью, словно кошка валерьянку.
Изумленный Синдзи, не в силах проронить и слова, смотрел за этим действом, чувствуя, как все больше начинала кружиться его голова. Несмотря на всю дикость ситуации, его член поддался первичному позыву и стал медленно набухать в брюках. А девушка, вычистив руку до блеска от слюны, довольно вздохнула, чавкнула, лениво прожевав остатки спермы во рту, облизнулась и, наконец, произнесла:
— Прости, не удержалась. Она так болталась в моем влагалище, что, кажется, сделай я еще один шаг, и пластырь тут же сорвало бы, залив мне все бедра семенем. Все-таки подарок от трех мужчин, ух, какие они неудержимые были. Ну, сейчас, вроде, полегчало.
Сквозь помутневший взгляд Синдзи с трепетом, раздавшимся жаром по всему телу, заметил, как прищурилась Мари.
— Черт, не могу больше терпеть, — промурлыкала та. — Давай поиграем в игру.
Она поднялась, развернулась спиной к Синдзи, задрала юбку, раздвинула ноги пошире и нагнулась, обнажив сияющую расплывшейся белесой влагой щелочку киски.
— У тебя три минуты, чтобы дать мне кончить. Награда, возможно, будет не столь велика, но за поражение последует куда более серьезное наказание.
— Что?.. — спросил Синдзи, чувствуя, как запульсировали его виски и надавило в груди.
— Заставь меня кончить. Любым способом. Это будет элементарно, я уже вся на взводе. Две пятьдесят.
Она завиляла задом, невольно заставив половые губки затереться друг о дружку и вытолкнув из влагалища остатки спермы.
— Давай, Синдзик, не робей. Не брезгуешь же ты на самом деле, после всех твоих приключений? Просто вставь свой член в любую из дырочек, как тебе нравится. Или, если желаешь, можешь всосаться в мою киску ротиком. А может быть, тебе нравится попка? Она читая, поверь, там можно глубоко язычком поработать. Ну чего же ты, Синдзик, осталось всего две с половиной минуты.
Тот следил за виляющим задом девушки с такой открытой и манящей щелочкой, с аккуратной дырочкой ануса, чувствуя, как начала закипать его кровь и член уже с болью уперся в ширинку, но все же не двигаясь. Тогда Мари шлепнула себя по ягодицам, чуть раздвинув их одной рукой, а вторую пропустила под животом и стала ласкать себя, мастурбируя киску.
— О-ох… уже промокла насквозь, Синдзик… Смотри как там все мягко и гладко… Ах… как громко чавкает… Ну чего же ты сидишь, балда?.. Сделай уже хоть что-то, пронзи меня своим колом, отшлепай, растерзай, я тебя ни в чем не ограничиваю!.. Скорее же, осталось полторы минуты…
Внутри все будто вскипело, зрение то расплывалось, то концентрировалось на невероятно возбуждающих гениталиях девушки, сейчас сгорающих от вожделения и ласки, однако Синдзи не шевелился, ощущая нависшую в душе грозу.
