С каждым ее выкрикиваемым словом влагалище сдавливалось от сокращений диафрагмы под весом живота, сжималось, выплескивая из-за краев натертых до красной рези половых губ брызги сока, ее стенки лизали и буквально обгладывали член, матка то втягивала в себя головку, то прищемляла ее своим тугим крепким устьем, и будто огромная дыра стала разверзаться где-то в ее основании, осев на ствол. Женщина, от одышки уже не способная говорить связно, с глубоким стоном забилась в протяжных судорогах наслаждения, и ее взмокшая горячая кожа выскользнула из рук Синдзи, который сам уже едва мог держать ту от восхитительно приятных ощущений, расплывшихся по венам и уже готовых взорваться оргазмом на кончике члена. Рей с Аской, взмокшие насквозь от молока и брызг сока из влагалища, даже не смогли удержать ее падающее тело, и мать рыжеволоски плюхнулась на четвереньки, неистово забив своими бедрами в попытке еще глубже насадить себя на член, который, казалось, уже утопал в глубине ее чрева сквозь узкий туннель матки. Телефон выпал на кровать из руки прерывисто задышавшего Синдзи, однако связь так и не отключилась, и в трубку, забрызгивая ее слюной и молочными брызгами, полетели сладострастные крики женщины, смешанные с неразборчивыми словами наслаждения и сокрушенной вины.
И тут, в очередном порыве стиснувшего его член влагалища и в пульсирующей волне обхватившей головку матки, Синдзи трепетно простонал и в буре разорвавшегося в теле экстаза согнулся пополам, обхватив затрясшийся и начавший бесформенно сжиматься живот женщины, а затем вдруг резко дернулся и выплеснул поток стремительной выстрелившей спермы прямо в раскрывшуюся полость в глубине шейки матки, ощутив встретивший его поток горячей жидкости. Влагалище складками оплело его ствол, вмиг выжав из него все семя, и будто вакуум образовался в чреве, в который втянулась вся бурлящая масса, и пухлый живот вдруг резко скрутило, а женщина, согнувшись клубком на коленях, вдруг разразилась сдавленным нечеловеческим криком:
— Я К-КОНЧА-А-Ю-Ю!!! КХА-А-А!.. А-а-а-ах!!! У меня схватки… и я… Кончаю!..
Синдзи, зашатавшись от накатившего головокружений после бурного взрыва оргазма, едва успел выдернуть свой член, когда влагалище вдруг скрутило с такой силой, что, казалось, оно запросто переломило бы его ствол или выдернуло его из паха, а потом вдруг невероятно расширилось и сжалось гармошкой, и горящая красным сиянием шейка матки, широкая, гладкая и раскрытая широким жерлом, словно пончик, выдалась к самому краю киски. Тут же из черной дыры вырвался сначала белесый поток спермы, а затем настоящий водопад прозрачной жидкости, выплеснувшись на кровать и моментально впитавшись в простыню большой теплой лужей.
Синдзи едва успел отстраниться от забившего из киски ручья, а женщина повалилась на бок, согнувшись в позу эмбриона и исказив лицо гримасой жуткого смешения нестерпимой боли и наслаждения, и тяжелым голосом простонала:
— Я… кончаю… к-кончаю… а-ах… я не могу… остановиться… Ха-ах!.. А-ах… У меня схватки начались… отошли воды… я скоро рожу… А оргазм не прекращается… Гха-а-х!..
Глаза панически затрясшейся Аски распахнулись в ужасе, и она прикрыла рот ладошками, заплыв в просочившихся сквозь молочную пелену слезах, а Синдзи, отдышавшись и вернув контроль над телом, расплылся в широкой улыбке.
— Самое грандиозное приветствие прибывающей к нам новой жизни. Блеск.
Он бросил взгляд на сотовый, который, похоже, отключился из-за обрушившегося на него потока воды. Женщина перекатилась на другой бок, не переставая натужно выдыхать, и в ее киске начали ритмично сокращаться дольки половых губ, обнажая широко отворившийся вход во влагалище, раскрывающийся и сужающийся, словно живой.
— Эй, Рей, — обратился к замершей возле женщины голубовласке Синдзи. — Ты роды когда-нибудь принимала?
Та после долгой паузы растерянно приподняла брови и с пробившейся ноткой тревоги тихо прошелестела:
— Нет…
— Хорошо. Будет тебе отличная возможность попрактиковаться. Оставляю все на тебя, думаю, выкрутишься как-нибудь. В смысле, надеюсь на это.
Лицо Рей медленно вытянулось, приняв выражение такого несвойственного ей глубочайшего изумления, смешанного со смятением, а Синдзи уже перевел жесткий взгляд на остолбеневшую ошалевшую рыжеволоску.
— А ты, солнышко, вызывай скорую. На случай, если наша тормознутая пай-девочка не справится. Заодно принеси теплой воды и приберись тут. Эй, Аска. АСКА!!!
Девушка дернулась, будто ее ударило током, но так и не выйдя из неожиданно опутавшей ее странной прострации, однако через секунду она скривилась в разъедающем горечью выражении лица и протянула скулящим стоном в долгом мучительном плаче.
